— Сезон закончен, читает больше ста слов в минутуда, но работа есть. Папка обещал сунуть его в конторку — зимники прокладывать, — сообщает новость Ленка.

Зимники в Красноярском крае — это дороги жизни в прямом смысле слова. И сейчас, и в будущем тоже. В некоторые места иначе и не попадёшь: либо вертолётом, либо по этому самому зимнику. Их тянут тысячами километров по тайге, по вечной мерзлоте, и деньги на этом и в самом деле неплохие можно сделать. Тем более, Валерий Ильич, если что, поспособствует. Вот такая смычка кооперативного движения и КГБ! Но тут я сам виноват — подпинывал друга к заработкам.

— Так рано же ещё? — удивляюсь я.

— В ноябре уже работы начнутся. Нет, Толь, деньги нужны, не так уж много они на золоте намыли, — отказывается от моего предложения рассудительная Ленка.

— Второй вопрос: что с хатой мне делать? Думаю, просто закрыть, да пусть стоит. Присмотришь?

— Я сдать могу, если надо? — предлагает Недолюбко. — Надо?

— Да, пожалуй, не надо, — отказываюсь я. — Зачем мне лишние проблемы? Ключи принесу потом…

— Есть у меня ключи, — фыркает подруга. — Кстати, тебе рыбка северная нужна? Муксун, чир… От мужа опять посыльный был, притащил рыбу. На улице ещё тепло, а холодильник у меня — под завязку.

— Да куда мне? Уезжаю же. Хотя… давай, завтра раздам своим в управлении, — соглашаюсь я.

— Шефу можешь не давать, — предупреждает Ленка. — Папка говорит, тому и так отправляют регулярно.

— Сегодня на митинге в честь сорокалетия образования ГДР… — вдруг слышу приглушённый помехами голос из радиоприёмника на столе.

Ленке плевать на эти «голоса» — новости ей неинтересны. Однако хитрецы за бугром вперемежку с ними запускают разные весёлые песенки, в том числе новинки — вроде той, что только что играла в исполнении Мадонны. И Ленка их слушает — музыку она уважает, в отличие от политики.

— Сделай погромче, — прошу я и вскоре узнаю, что пышное празднование юбилея ГДР закончилось волнами протестов и жесткими задержаниями. А в Берлине прозвучало знаменитое «Горби, помоги!». Прозвучало не просто так, Михаил Сергеевич как раз в ГДР сейчас.

— Ой, подумаешь, новости, — фыркнула подружка. — Ладно спать вали, ночь уже! Сидит тут, на сиськи мои пялится!

— Что? — возмущаюсь я такой наглой клевете. — А в лобешник? У меня не заржавеет, я тебе не Бейбут.

— Ой, Бейбутик! — мечтательно протягивает Ленка. — А когда его домой отпустят?

— Да в середине октября обещали. Говорят, всех там в части задолбал уже.

Иду домой, чтобы наутро потревожить Валерия Ильича. На этот раз — старшего.

— А я каким боком тут? Это ты же в международном отделе ЦК работать будешь, тебе и карты в руки, — полковник хоть и не особо рад моему звонку, но отвечает вежливо.