— Ну да, ну да… Эх, — протянул Цзю и, завалившись на кровать, мечтательно уставился в потолок.
— Чё там у тебя с твоей Алисой? — спрашиваю я, правильно считывая его настроение. По глазам видно — не о боксе думает, точно.
— А… поругались днём, — буркнул он.
— Чооо⁈ — не верю я своим ушам.
— Да помирились уже, — отмахнулся Костя. — Она подарок брать не хотела! Часы золотые. Сказала, мол, дорогой… Будто у меня денег нет!.. Кстати, а сколько нам за чемпионат мира обещали?
— Тебе не всё равно? Раз богат, — усмехнулся я. — Да по семёре! И машину, если кто захочет купить… Талончик, в смысле. А часы — норм подарок: и механизм, и блестит!
— Ха! Талончик-то побольше, чем сами призовые потянет, — оживился Цзю. — Уже за десятку идут. Продам! — поделился планами Костя. — Кстати, я ж тебя сделал-таки в споре!
— Желание твоё я, между прочим, выполнил… и даже перевыполнил! — ткнул я в пятно помады на рубашке друга.
— Ё-моё! А отстирается это вообще? — Цзю с беспокойством рассматривает пятно на груди.
— Помада-то? Конечно. Где шатались целый день?
— Да с утра к ней на треньку заехал, потом в универ, потом подарок покупали… ругались, потом мирились в кино. Там, наверное, и посадил пятно. А знаешь, что она про тебя сказала?
— Делать вам нечего было, как обо мне говорить? — удивился я. — Ну и чё?
— Да что ты с крутыми банкирами знаком и дверь в каком-то совместном банке пинком открываешь!
— Эээ…
— Ну и ещё я спросил, кто ей больше нравится — я или ты. А она говорит: ты, мол, вообще не в её вкусе, но нужно поговорить насчёт одного банка, а ты там, дескать, в большом почёте и уважении. Поэтому, говорит, и сунула тебе записку в карман. А так-то ты страш…
Я, не дав договорить, легонько пробил в корпус говорливого друга. Тоже мне, красавец нашёлся! После этого мы минуту шутя дрались, пока я не объявил ничью и не спросил, отдышавшись:
— Так, а что ей надо-то? Узнал?
— А вот не сказала… Вроде тётка, у которой она живёт, в этом банке пашет, — задумчиво ответил Цзю.
— Пашет трактор, — фыркнул я. — Фамилия как?
— У Алисы? Копытня…
— Да при чём тут Алиса! У тётки тоже Копытня?
— А… не знаю я. Спросить?
— Не надо, сам узнаю, — отмахнулся я. — А Алиса-то за тебя замуж пойдёт с радостью: лучше уж быть Цзю, чем всю жизнь Копытней ходить, — шучу я, но друг воспринимает подколку всерьёз.
— Ясен пень!
Забавный он, всё-таки, иногда бывает.
До финала ни я, ни Костя ни на что не отвлекались. Тренеры, почуяв победу в общем зачете, а значит, и нехилое вознаграждение, взялись за дело всерьез. Нас не просто контролировали, а буквально загрузили по полной: тренировки, восстановления, бесконечные разборы боёв. Я о Маске теперь, кажется, знал всё — от любимых комбинаций до того, как он чуть задирает подбородок перед ударом. Если б экзамен по нему сдавали — сдал бы на «отлично».