— Именно поэтому удар должен быть одновременным и сокрушительным, — настаивал я. — Если дать им время на подготовку, они найдут способы защититься или перевести активы за границу.

Через полчаса мы направились на седьмой этаж, в кабинет главного прокурора Антимонопольного отдела. Джеймс Макрейди встретил нас в том же просторном помещении с дубовой мебелью и портретами президентов на стенах. Роберт Стивенс сидел за отдельным столом, изучая стопку документов, перевязанных красными лентами.

— Джеймс, Роберт, — поприветствовал я их, — надеюсь, материалы о железнодорожной операции оказались полезными.

Макрейди указал на большую карту США, покрытую красными флажками:

— Ваши данные подтверждают наши худшие подозрения, Уильям. Альянс не просто координирует инвестиции. Они фактически управляют американской экономикой из Европы.

Стивенс поднялся из-за стола, держа в руках толстую папку:

— По нашим подсчетам, компании, связанные с Альянсом, контролируют около пятнадцати процентов промышленных активов страны. В сталелитейной отрасли — двадцать процентов, в железнодорожной — восемнадцать процентов.

— Это прямое нарушение антимонопольного законодательства, — добавил Макрейди. — Координированные действия по разделу рынков, согласованное ценообразование, подавление конкурентов.

Я подошел к карте и указал на скопления флажков:

— Джеймс, я предлагаю кардинально расширить операцию «Правосудие». Включить не только банковский сектор, но и сталелитейную, нефтяную, железнодорожную, химическую отрасли.

Макрейди встал и подошел к большому сейфу в углу кабинета. Повернув комбинационный замок, он достал несколько секретных папок:

— Это потребует координации в пятидесяти городах, Уильям. Около восьмисот одновременных арестов. Мы говорим о крупнейшей антимонопольной операции в истории Америки. Даже акция с Continental Trust окажется просто детской игрой.

Стивенс развернул на столе детальную схему предполагаемых арестов:

— Смотрите сами. Нью-Йорк — сорок три человека. Филадельфия — двадцать семь. Чикаго — тридцать один. Питтсбург — двадцать четыре. Это только крупные города.

— А что с доказательной базой? — спросил я, изучая схему.

— У нас есть документы о картельных соглашениях, записи телефонных переговоров, свидетельские показания, — ответил Макрейди. — Плюс ваши материалы о европейском финансировании. Этого достаточно для обвинения по всем статьям.

— Но эффект будет сокрушительным, — сказал я, обводя взглядом карту. — Европейский капитал поймет, что Америка больше не позволит собой манипулировать.

Стивенс кивнул: