— А что с бастующими? — спросила одна из продавщиц, миловидная девушка лет двадцати пяти в синей униформе с белыми манжетами.

— Если они хотят присоединиться к нашему коллективу на новых условиях, то добро пожаловать, — ответил Фуллертон. — Но мы не будем вести переговоры под давлением людей, получающих деньги из-за границы.

На следующее утро бастующие обнаружили, что их поддерживает менее половины от первоначального числа. Остальные либо получили работу в магазине, либо просто потеряли интерес к протесту, который теперь выглядел как антиамериканская акция.

Через день у служебного входа оставалось всего семь человек с потрепанными плакатами. А в «Herald Tribune» вышла разгромная статья о европейском финансировании американских беспорядков, подкрепленная документальными доказательствами.

— Уильям, — сказал Фуллертон, когда мы осматривали опустевшую площадку перед магазином, — ваш метод решения проблем впечатляет. Превратить кризис в возможность для укрепления позиций.

— В нашем бизнесе каждая атака противника должна становиться поводом для совершенствования, — ответил я. — Морган хотел создать нам проблемы, а получилось, что помог улучшить отношения с персоналом и найти новые рынки сбыта.

В тот же день после полудня я направился в федеральное здание на Фоли-сквер. Величественное сооружение из белого мрамора с колоннадой в неоклассическом стиле возвышалось над окружающими зданиями как символ американского правосудия. У парадного входа дежурили два федеральных маршала в синих униформах, их медные значки поблескивали на зимнем солнце.

Охранник на входе проверил мои документы и выдал временный пропуск с печатью Министерства юстиции. В вестибюле с высоким сводчатым потолком и мозаичным полом царила деловая атмосфера. Люди в строгих костюмах спешили по коридорам, неся кожаные портфели и папки с документами.

Первая встреча назначена в том же скромном кабинете на четвертом этаже, где совсем недавно я впервые встретился с агентами Секретной службы. Элмер Айвс сидел за металлическим столом, а настольная лампа с зеленым абажуром все так же отбрасывала мягкий свет на разложенные документы. Фрэнк Уилмер стоял у окна, изучая толстую папку с финансовыми отчетами.

— Мистер Стерлинг, — поднялся Айвс, протягивая руку для рукопожатия, — рад видеть вас снова. У нас накопились серьезные вопросы по поводу европейских финансовых операций.

— Надеюсь, моя информация поможет прояснить картину, — ответил я, устраиваясь в знакомое кожаное кресло напротив стола.

Уилмер повернулся от окна, поправляя очки в стальной оправе: