— Мы найдём другой способ, — сказал я. — Должен быть другой способ.

Глеб перечитывал свиток, его брови сдвинулись в сосредоточенности.

— Боюсь, что другие не смогут это сделать, — сказал он. — Человек, проводящий ритуал, становится сосудом для энергии разломов. Он принимает её в себя, а затем направляет через кристаллы, которые трансформируют её и возвращают обратно, запечатывая разрывы.

— Сосуд, — повторил я, вспоминая знания, сохранившиеся в глубине моего сознания. — В некоторых древних текстах, которые я читал в императорской библиотеке, упоминались люди с особым даром — способностью временно принимать в себя чужеродные энергии и трансформировать их.

— Как Перевёртыши, — тихо произнёс Алёша, глядя на меня. — Вы можете менять свою форму, адаптироваться…

Я кивнул. Логика в этом была. Перевёртыши, благодаря своей способности трансформироваться, теоретически могли бы выдержать такое преобразование без необратимых последствий.

— Возможно, — согласился я. — Но это всё равно крайне опасно.

В этот момент Потехин резко вскрикнул от боли. Фиолетовое свечение вокруг его раны усилилось, начиная подниматься по руке к плечу.

— Оно… распространяется, — выдавил он сквозь стиснутые зубы. — Я… чувствую как что-то чужое проникает в мой разум…

Я быстро подошёл к нему, изучая рану. Межпространственная энергия действительно проникала всё глубже в его тело. Если не остановить процесс, он превратится в такое же существо, как Селезнёв.

Глеб быстро просматривал свитки.

— Здесь есть что-нибудь о том, как остановить заражение? — спросил я.

Мальчик перелистывал страницы с лихорадочной скоростью.

— Есть! — воскликнул он. — «Если воин поражён энергией Бездны, используйте кристалл Земли для сдерживания инфекции». Кристалл Земли — это…

— Зелёный, — я указал на малахитовый кристалл в контейнере. — Символ стабильности и сопротивления изменениям.

Я осторожно взял кристалл. Он был тяжелее, чем казался, и едва ощутимо вибрировал в моей руке.

— Держись, — сказал я Потехину. — Это может быть неприятно.

Я приложил кристалл к ране, и Потехин зашипел от боли. Малахитовый камень начал пульсировать интенсивнее, словно впитывая фиолетовую энергию. Постепенно свечение вокруг раны начало тускнеть, втягиваясь в кристалл.

Через минуту процесс завершился. Рана выглядела обычной, хоть и глубокой, без странного свечения. Потехин облегчённо выдохнул.

— Спасибо, — прошептал он, откидываясь на стену. — Я чувствовал, как оно… меняло мои мысли, заставляло видеть чужие миры…

— Кристалл временно сдержал инфекцию, — сказал я, глядя на малахитовый камень, внутри которого теперь клубилась фиолетовая дымка. — Но для полного исцеления нужно провести ритуал и закрыть все разломы.