И самое интересное, что люди и монстры не трогали друг друга, словно давно уже привыкли тому факту, что находятся в одной команде.
— Много охраны, — пробормотал Алёша, присоединившийся к нам. — Как будем действовать?
Я обдумывал ситуацию, лихорадочно прокручивая возможные варианты в голове. Лобовая атака исключена — нас слишком мало. Но и скрытно проникнуть будет непросто.
— Кирюша, — тихо позвал я. — Запусти дрон-разведчик. Мне нужно знать, что происходит внутри главного здания.
Мальчик кивнул и достал из рюкзака своё изобретение — крошечный дрон размером с ладонь, почти бесшумный и практически невидимый в сумеречном свете.
— Я модифицировал его, — прошептал Кирюша, настраивая устройство. — Теперь он может создавать помехи для электронных систем наблюдения. Они не заметят его.
Дрон взмыл в воздух и, описав широкую дугу, направился к куполообразному зданию. Мы прильнули к маленькому экрану, который показывал изображение с камеры.
То, что мы увидели, заставило сердце сжаться от гнева и страха. Внутри здания, в центральном зале, располагалось странное устройство, похожее на огромную катушку. На металлической платформе рядом с ним, связанные и неподвижные, лежали трое детей. Я узнал Лизу и Дениса — детей из Дома Юных Суперов, пропавших, после нападения на Северный Бастион. Третьим был мальчик лет десяти, которого я не знал.
Рядом с устройством стояла Алиса Кривцова — высокая, стройная девушка с длинными тёмными волосами. Она игриво посасывала леденец и что-то настраивала на панели управления, периодически обращаясь к компьютеру.
И немного в стороне, наблюдая за происходящим, стоял Артемий Селезнёв. Его лицо, когда-то привлекательное и располагающее, теперь казалось застывшей маской высокомерия и жестокости.
— Они готовят ритуал, — прошептал Васильев. — Скоро начнут. Сначала жертвоприношение трёх детей для завершения обычных меток, а затем…
— Им нужна ещё одна жертва для центральной метки, — закончил я.
— Да, но кого они… — начал Глеб и осёкся, широко раскрыв глаза. — Ярослав, ты же не думаешь…
— Именно, — мрачно кивнул я. — Они ждут меня. Всё это — ловушка.
Алиса вдруг резко подняла голову, словно почувствовав что-то. Её взгляд скользнул по залу, а затем — прямо к маленькому дрону, зависшему под потолком. Уголки её губ дрогнули в лёгкой улыбке.
— Она знает, что мы здесь, — прошептал я, чувствуя, как холодок пробегает по спине. — Она всё время знала.
— Нужно уходить, — Алёша дёрнул меня за рукав. — Если это ловушка…
Я покачал головой.
— Мы не можем бросить детей, — сказал я. — Нужно действовать быстро.