Я прислушался к своим ощущениям, но сущность молчала.
— Она сейчас не отвечает, — сказал я. — Кажется, становится слабее после перехода через разлом.
— Это может быть хорошим знаком, — заметила Краснова. — Возможно, связь между вами естественным образом ослабевает. Но всё равно, лучше подстраховаться.
Я кивнул.
— А теперь, — Краснова поднялась, — пора навестить Амелию. Она заслуживает знать, что ты вернулся.
Коридоры, ведущие к изолированному крылу базы, отличались от остальных — стены здесь были покрыты странным материалом с металлическим отливом, который словно поглощал звук. Наши шаги становились всё тише по мере приближения к массивной двери в конце коридора. Жуткое ощущение изолированности нарастало с каждым метром.
— Амелия здесь уже почти два года, — тихо сказала Краснова, останавливаясь перед системой безопасности. — С тех пор, как её способности… вышли за пределы нашего понимания.
Она приложила ладонь к сканеру, и её имплант на запястье засветился, синхронизируясь с системой.
— Что именно произошло? — спросил я, ощущая внутри растущее беспокойство.
Краснова вздохнула, не отрывая взгляда от сканера.
— Два года назад группа Валуна попала в засаду около большого разлома на севере. Тринадцать человек, большинство с тяжёлыми ранениями. Пятеро уже умирали, когда их доставили на базу.
Замок щёлкнул, разблокируя дверь.
— Амелия тогда была нашим главным медиком. Девочка с даром исцеления стала незаменимым хирургом. Она бросилась спасать умирающих, — Краснова сделала паузу, словно собираясь с силами. — Среди раненых были четверо модифицированных — люди, пережившие длительный контакт с разломами. Их энергетическая структура была… нестабильной.
Массивная дверь медленно открылась, открывая взгляду ещё один короткий коридор, заканчивающийся второй дверью, ещё более массивной.
— Когда Амелия исцеляла обычных людей, она просто ускоряла естественные процессы регенерации. Но с модифицированными всё иначе, — продолжила Краснова, вводя код на второй двери. — Исцеляя их, она вынуждена поглощать часть межпространственной энергии, очищать её и перенаправлять на регенерацию повреждённых тканей.
Вторая дверь открылась, и мы оказались в просторном зале, разделенном прозрачной перегородкой. За ней находилось нечто, напоминающее жилое помещение — кровать, стол, полки с книгами, даже несколько растений в кадках. Но самым впечатляющим был потолок — он словно отсутствовал, открывая вид на звёздное небо. Я знал, что это должна быть какая-то проекция, ведь мы находились глубоко под землёй, но эффект был потрясающим.