— Ярослав? — знакомый голос Красновой прозвучал справа.

Я повернул голову и увидел её. Она выглядела… безупречно. Ни следа усталости на лице, волосы уложены в идеальную причёску, белоснежный медицинский халат без единого пятнышка. Её улыбка была тёплой и спокойной.

Медицинский халат? Почему она в нем? Ладно, во время боя, когда нужно было помочь раненым, но сейчас…

— Ты наконец-то очнулся, — сказала она, подходя ближе и присаживаясь на край кровати. — Мы так волновались.

— Сколько… — голос прозвучал неожиданно чисто, без хрипоты, которая должна была быть после моего состояния, — сколько я был без сознания?

— Три дня, — её рука нежно коснулась моего лба. — Но всё хорошо. Ты стабилизировался быстрее, чем мы ожидали. Твоя способность к регенерации впечатляет.

Я медленно сел, оглядывая помещение. Это была просторная палата с большими окнами, за которыми виднелось чистое голубое небо. Ни следа фиолетовых порталов, никаких искажений. Солнечные лучи заливали комнату мягким светом, создавая идиллическую картину выздоровления.

Слишком идиллическую.

— Где мы? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально.

— В медицинском крыле восточного штаба, — ответила Краснова, всё с той же идеальной улыбкой. — Мы перевезли тебя сюда после стабилизации твоего состояния. Здесь безопаснее.

— А город? — я попытался сесть повыше, чтобы увидеть в окно.

— Восстановление идёт довольно быстро, — она поправила подушку за моей спиной. — Приоритетные объекты уже функционируют. Конечно, полностью отстроить всё займёт месяцы, но первые результаты обнадёживают.

Это звучало правдоподобнее, хотя что-то всё равно царапало сознание. Мелкие детали вокруг были слишком… идеальными. Палата казалась стерильно чистой для места, где всего три дня назад бушевала катастрофа планетарного масштаба.

— А что с детьми? С Алёшей, Глебом, Кирюшей?

— Они прекрасно себя чувствуют, — Краснова поднялась и подошла к окну. — Сейчас они в школе. После уроков обязательно навестят тебя. Они каждый день приходили, пока ты спал.

За окном виднелись аккуратные улицы восстановленного города. Люди спокойно прогуливались, не выказывая никаких признаков пережитого ужаса. Светило яркое солнце, по-летнему согревая город.

— А что с Кривцовым и Алисой? — я пристально наблюдал за реакцией Красновой.

— О, — она повернулась с лёгкой грустью в глазах. — После того, как ты закрыл порталы, генерал осознал свои ошибки. Он официально отказался от власти и увез дочь на лечение. Говорят, они сейчас где-то в горах, живут уединенно.

Слишком гладко. Слишком идеально. Кривцов, посвятивший жизнь захвату власти, просто признал ошибки и ушел в отставку? После всей ненависти, которую он испытывал к Долгоруким? И после всех попыток встать во главе государства?