Оба Изменённых, за своё многотысячелетнее бытие не раз присутствовавшие при рождении Лотоса, среагировали вовремя. Но они не ожидали, что явленная ныне мощь не идёт ни в какое сравнение с тем, что им доводилось видеть ранее.
Цветок Жизни нестерпимо сиял даже сквозь, казалось бы, непроницаемый защитный барьер Изменённой Тьмы. Он жёг одежду, плоть и разум. Вестник А’тэри визгнув в последний раз распался в прах, сгорая прямо в воздухе.
Кингу активировал следующий мир-камень — один из самых надёжных щитов, что имелся, но поможет ли он?
Осквернитель. Пазузу. Лучший следопыт Нергала выполнил свою работу — отыскал мальчишку-Шу, но, кажется, не переживёт этой встречи. Он сгорал в сиянии Цветка Жизни. Его щиты лопались один за другим, а плоть уже протлела до костей. Но в преддверии смерти не время экономить. Пазузу активировал сильнейшие камни, о существовании которых не догадывался даже Кингу. Вероятно, скрипты, подаренные ему отцом. Желанная добыча для любого из Са’эри… или А’тэри.
«Что ж…» — подумал сын Могучей Тиамат. — «Если он сдохнет, я с удовольствием заберу камни себе. А если нет, то стоит ему помочь. Но сперва посмотрим, что Князь-Демон подарил своему любимому сыночку».
А подарил он ему немало, и только за один из явленных мир-камней уже стоило убить Пазузу на месте.
Вокруг фигур Изменённых вдруг сгустилась Тьма — самая плотная и чёрная из когда-либо виденных Кингу. Она приняла форму полусферы, закрыв А’тэри от палящих лучей Лотоса Шу. Побочный эффект использования первого скрипта Пазузу Кингу ощутил мгновенно — его, казалось бы, надёжные щиты были моментально разорваны и всосаны чёрной завесой, но в них уже не было необходимости. Тьма Осквернителя надёжно защищала их от лучей Цветка Жизни.
«Против кого создавалось такое оружие?» — с подозрением подумал Кингу. — «Против Шу… или против нас?»
Тьма Пазузу продержалась недолго, всего пару ударов сердца, но свою работу она выполнила сполна. Цветок Жизни также начал затухать, но всё ещё представлял угрозу. Пазузу, похоже, решил, что скрывать больше нечего — он использовал следующий скрипт, о котором Кингу не знал совершенно ничего. И даже не догадывался что подобное возможно. Одно дело призывать мелких тварей — баловство, но совсем другое — Старших демонов.
Когда Щит Тьмы призванный Пазузу уже догорал под лучами Лотоса, на удалении десятка шагов вперёди вспыхнул высоченный столб осквернённого пламени, который тут же опал, а на обожжённой земле осталась сиять пентаграмма — сложная, причудливая и источающая промерзлый смрад Бездны Междумирья.