— И что? — раздражённо ответил я. Меня уже порядком утомили каждодневные предложения о выкупе моего скакуна. Казалось, каждый, у кого в карманах завалялось хоть сколько-нибудь золотых монет, считал своим долгом сделать мне предложение. И каждый из тех, кому я категорически отказывал, строил недовольную гримасу, а дружелюбный тон тут же сменялся на неприкрытую ненависть.

Впору было начать опасаться за судьбу собственного скакуна. Оскорбленные отказом покупатели могли причинить ему вред. Орион, конечно, способен постоять за себя, но против человека с копьём вряд ли сдюжит.

Сходил на Охотничью площадь и договорился с одной из торговых гильдий о круглосуточной охране жеребца. Платил золотом, платил хорошо, поэтому контракт приняли охотно и приступили к исполнению немедленно.

— Быть может, благородному юноше также требуются телохранители? — с алчным блеском в глазах поинтересовался старший купец, внимательно осмотрев мою внешность. Конечно же мужчина заметил отсутствующую у нанимателя руку, и было бы грешно с его стороны не предложить подобное. Эти прожжённые торгаши должны уметь извлекать выгоду даже из воздуха.

Мой единственный глаз на короткое мгновение блеснул бирюзой. Купец испуганно отшатнулся и почти сразу же низко поклонился.

— Пусть Духи Степи вырвут мне язык за дерзость, — не разгибаясь тут же начал оправдываться он.

И вот сейчас, сидя в гостиничном кафе напротив ухмыляющегося купца, который пытался стращать меня титулами очередного несостоявшегося покупателя Ориона, мне следовало прибегнуть к аналогичному приёму — продемонстрировать силу, но я не стал этого делать. Как говорилось в той рекламе — вместо тысячи слов… лучше наглядно наказать одного, а остальные назойливые покупатели отвалятся сами собой. И высокородный дворянчик, имеющий родство с правителем Акшара — идеальный вариант. Пусть увидят все, что парень не просто калека которого богатое семейство сослало с глаз вон на край света, но могучий ойя! И не просто какой-нибудь одарённый, а сам шу-э Энки — Освободитель Ишима.

Ночью, когда я уже видел десятый сон, меня разбудил настойчивый стук в дверь.

— Господин… господин! — раздался встревоженный крик из-за неё. — На вашего коня напали!

— Какого коня? — спросонья произнёс я, но быстро сообразил и подскочил с постели.

Я не сразу понял, что голос человека, стучавшего в мою комнату, был мне совершенно незнаком, как незнаком был и он сам.

— За мной, господин, — парень уверенно повёл меня не в сторону конюшен, но в тот момент, внезапно выдернутый с постели, я не соображал настолько критично, чтобы заподозрить неладное. А так оно и было.