Глава 20
Страница 166 из 172
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 20

Страница 166

— Как вы поняли? — спросила Ксения, остановившись на крыльце.

— Он лезвие ногтем пробует, — объяснил я. — Ноготь поперёк положил и повёл, цепляет ли кромка. Так стамеску проверяет тот, кто ею работал, у нас на приёмке все столяры так делают.

— Я бы не заметила, — призналась она.

Этот лот с лихвой покрыл бы отряду нехватку на тепловизор. Сколько он стоит, Ксения не спрашивала, а что папку для отряда я уже раскрыл, видела сама. Видела и промолчала. И посмотрела на меня так, что за один такой взгляд мне не жалко было ни трамвая после ночной смены, ни недоспанного утра. А вещь для отряда я найду другую.

До половины девятого вечера я отсыпался, а в половине десятого открыл своим ключом магазин, закрытый с семи. В подсобке ждал пакет Ларисиных пирожков, и первый я съел, ещё не сняв куртки.

Полки ломились. Ларисе за воскресенье и понедельник нанесли столько, сколько не носили весь декабрь. Мешок Евдокии Никитичны стоял на комиссионной полке, из него торчали утюги с бумажками «кв. 9», а за ним всё, что подъезд донёс следом. Всего комиссионная не вместила, и Лариса до разбора сложила остальное на полку лотов в подсобке. Там же лежал мастерок с квитанцией, где сын печника своей рукой вывел «Лот ведёт по поручению: Беляев» и расписался, а рядом вафельница с первого этажа. Утюгов в городе, похоже, было больше всего.

Футляр машинки стоял на краю прилавка, а на нём лежала записка Ларисиным почерком:

«Твой город на полку не влез. Машинку — куда хочешь. Л.»

Напротив, на павильоне остановки, под фонарём белела афиша. Букв отсюда было не разобрать, да и не нужно, я её до запятой помнил.

Квитанции лотов за воскресенье и понедельник я разложил в папку листов, под лист Кирилла, который лежал там первым. Под его строкой «свой человек вещи» легли квитанция сына печника, квитанция за вафельницу и всё, что Лариса выписала за два дня. И все, кто за ними стоял, ждали новогоднюю ночь. Уснёт тридцатого Молоток — и с этими квитанциями людям останется идти второго января под Кириллову афишу.

Лист называл своим человеком Платона, а зарок у машинки — шить только то, что сам скроил. Кто у Брагиных и скроит, и сошьёт, скажут их руки. Значит, на показе я дам им не одну машинку, а ещё ткань, нитку и ножницы и посмотрю, над чьей рукой что повиснет. Футляр я перенёс с края прилавка под лампу, а Ларисину записку сложил вчетверо и убрал в нагрудный карман.

Глава 20

Глава 20

В третьем часу ночи я снял под лампой над прилавком крышку фанерного футляра. Внутри стоял «Подольск», ручная швейная машинка, чёрная, с золотым узором по корпусу. Там, где её десятки лет брали в руки, золото стёрлось до голого лака. Я вынул машинку обеими руками, по-другому её и не вынешь, и над правой у меня повисло «50», столько же, сколько на плашке. Мне она чужая, да я и не в швеи метил.

назадназад
1 ... 164 165 166 167 168 ... 172
впередвперед