– Закрой свой рот! – гаркнула свекровь, залепив Марине пощечину – Знать ты этого не можешь! Не лги!
– Слышала я, недавно, как она кости ему мыла, зачет мой, проверяя, понятно?!!! Он ей всю жизнь огромные бабки из нашего, семейного бюджета, платил за молчание!! Ой, мам! Прости!!! – спохватилась дочь, сообразив, что я-то, собственно, тоже здесь.
– Ничего доченька! Ничего! Я знаю. Я все знаю. Он мне там, в Израиле исповедовался, так скажем. За то и прощения просил перед смертью. Но вы его не осуждайте. Прошу. Отцом он для вас был замечательным, да и мне мужем неплохим. Грубого слова за столько лет и не слышала почти. Не нуждалась ни в чем и обласкана была. Я Любила Его. Очень любила. Всю жизнь и любить буду до последнего дня. Несмотря на огромную рану, что он нанес моему сердцу на прощание! Мне очень больно сейчас. Словами не передать как. И Егор, да, он есть сейчас в моей жизни. Да Светлана Анатольевна! Я шлюха, потаскуха, шалава, шаболда!!! Падайте в обморок!! Замарала я память вашего ангелочка, да! Потому, что больно так, что повесится хочется! Я ж ведь ангела твоего, сама до последнего таковым считала! И не суди меня! Не знаешь ты, что я в последние месяцы из-за его шлюх пережила! И знать тебе как матери, того не надо. Но, что сделано, то сделано. Не воротишь времени! Не переиграешь сделанного. И Егор будет в моей жизни ровно столько, сколько сам захочет в ней быть. Не прошу принимать, но требую смириться.
– Да ты… ты на себя посмотри! Дура! – взвыла свекровь. – Он же дочери твоей ровесник! Он же тебя обдерет как липку щас. А сам поди уже Маринке койку греет!
– Ба! Ты Че, ваще?? – взвыла дочь.
– А, что, скажешь, нет?
– Нет! Прикинь! Я с Игорем вообще-то встречаюсь! И Егор, кстати, замечательный парень! Он даже с Игорем и Юлей встречался недавно! Извинился перед ними, искренне ни слова ради, а потому, что на душе больно. Хоть и не виноват ни в чем, по сути.
– А на счет обобрать, никто, ничем его баловать не собирается! Из ума я еще не выжила! Все прекрасно понимаю!
– Ооой! Дура ты Верка! Лучше бы со Стасом осталась. Вот он тебе ровня и по возрасту, и по положению! А ты такого мужика угробила! – выдала любезная свекровь. – Бог тебе судья! Живи, как хочешь! Мы с Андрюшей уедем. Не хочу за этим позором наблюдать! Он же тебя бросит лет через пять. Ну, десять, и кому ты после него нужна будешь?
– Светлана Анатольевна! Миленькая! Да я знать не знаю, до завтра доживу, или нет! Ни к чему сквозь года смотреть то!
– А я ведь тебя как дочку всю жизнь любила, – покачала головой свекровь, утирая слезы. – Прощайте!