Александр отставил в сторону бокал, строго оглядел присутствующих и задал главный вопрос:

— Ну так что, господа, едем в Россию?

Присутствующие посовещались и попросили паузу на подумать. А через два часа царь в компании супруги и Георгия выехал на встречу с прекрасным. Пляс де Тертр, она же Площадь Холма располагалась почти в самом центре Монмартра, 130-метрового холма на севере Парижа. Лошади, запряженные в экипаж, напряглись достаточно сильно, чтобы одолеть такой немалый подъем.

— А почему он Монмартром называется? — поинтересовался любопытный Георгий, — мон это гора, а мартр что такое?

— Мартр это производная от Марса, — ответила ему начитанная императрица, — во времена римского владычества здесь был, говорят, храм, посвященный богу войны. А Сакре-Кер, — показала она на церковь, возвышающуюся неподалеку, — это Базилика Святого Сердца… имеется ввиду сердце Христа… построен в честь жертв франко-прусской войны, совсем недавно.

— А вот и художники, — Александр увидел ряд рисунков и картин, выставленных на обочине улицы, по которой они проезжали, — можно посмотреть, что сейчас в моде.

Экипаж остановился, все вышли и разбрелись в разные стороны, продавцы наперебой начали предлагать свой товар, цены тут были достаточно демократичными, начинаясь от 5 франков и заканчиваясь сотней.

— А сколько сейчас их франк стоит? — спросила Мария.

— Примерно 35–40 копеек, если к нашей валюте привести, — ответил Георгий.

— Ну тогда я пожалуй возьму вот эти два пейзажа, — показала императрица на стоящие на мольбертах картины, — по двадцать франков каждая…

— Может, сначала приценимся к нынешним мэтрам? — предложил Александр, — а потом уже и сюда вернемся…

— Нет, я все же куплю эти пейзажики, — отрезала маман, тогда Георгий расплатился с продавцом, и они продолжили свой путь наверх.

Искомая площадь оказалась практически на самом верху холма, выше был только упомянутый собор Сакре-Кер. Возле дома номер два тоже продавали картины, а еще керамические изделия и старинные книги. Но гости не успели ознакомиться с ассортиментом, потому что к ним тут же подошел вежливый господин в сюртуке и цилиндре, представился Пьером Ренуаром и проводил всех на последний четвертый этаж дома, где под крышей было просторное помещение, уставленное и завешенное большим количеством картин. А за длинным столом в углу сидели еще четверо.

— Мансарда, — вспомнил хитрое название такого помещения Георгий.

А Александр вспомнил, что он пригласил сюда еще и братьев Люмьер с их аппаратом и сказал об этом хозяину.

— Хорошо, — ответил тот, — я пошлю слугу на улицу, чтобы он их встретил. А мы пока познакомимся, хорошо?