— Так… — побарабанил пальцами по столу Александр, — это, так сказать, ваш анализ ситуации, но хотелось бы также услышать и пути, так сказать, выхода из нее… согласно воззрений вашей организации… Народная воля она называется, так? Убить царя, свергнуть эксплуататоров и зажить свободно, правильно?
— Правильно… — в некотором замешательстве ответил Морозов, — хотя и не совсем уж так в лоб.
— Расскажите поподробнее, пожалуйста, — вежливо попросил Александр.
— В программе нашей партии относительно дальних целей говорится следующее, — продолжил Морозов, — смена монархического способа правления на демократическую республику с выборностью всех руководителей, национализация всех земель и справедливое ее перераспределение по едокам, отмена частной собственности на средства производства и передача управления промышленными предприятиями в руки рабочих.
— Смело, — усмехнулся царь, — смело и решительно. Но как говорится в одной народной пословице — гладко было на бумаге, да забыли про овраги. То, что эта ваша программа приведет к гражданской войне в стране, вы предусматриваете?
— Почему же она приведет к гражданской войне? — вступил в диалог Плеханов, которому в общем и целом терять было нечего, — поясните, Александр Александрович.
— Все просто, Георгий Валентинович, — царь опять сверился со своим списком и выудил оттуда ФИО основоположника социал-демократии в России, — земля же сейчас не бесхозная, правильно? У нее есть свои владельцы, и они, эти владельцы, будут, мягко говоря, против вашего перераспределения. А денег и влияния у них немало — поэтому сформировать свои вооруженные силы им раз плюнуть. И начнется вооруженное противоборство сил, в просторечии называемое гражданской войной. В которой могут погибнуть миллионы — это вас не смущает? То же самое по заводам и фабрикам… взять, к примеру, Савву Морозова, вашего однофамильца, — Александр обернулся к Николаю Морозову, — слышали про такого?
— Конечно, — в некоторой растерянности пробормотал тот, — миллионщик, хозяин нескольких ткацких фабрик.
— И известный меценат, между прочим, — добавил царь, — но это немного другая история. Сейчас о морозовских миллионах — думаете, он их просто возьмет и отдаст составителям вашей программы?
— Народным массам, — поправил его Плеханов, — составители программы ничего отбирать не будут.
— Хорошо, — не стал спорить Александр, — народным массам он вот просто возьмет и отдаст свои деньги? Заработанные, кстати, очень тяжелым трудом.
— Морозов эксплуататор, — сказал со своего места Ульянов, — он нажил свои деньги, присваивая прибавочную стоимость, заработанную потом и кровью народных масс. Поэтому будет весьма справедливо, если он расстанется с этими деньгами.