– Ты же знаешь, – сказал Тим. – Детей туда не пускают.

– Я точно такой же покупатель, как и взрослые, которых пускают без проблем. – Мина с вызовом подняла подбородок, затем она посмотрела на лица друзей, и поняла, почему те её отговаривают: – Вы что, боитесь мастера?

Ферди уставился на носки своих ботинок, а Тим стал перебирать пальцами.

– О нём такие страшилки рассказывают, – сказал подмастерье сапожника. – Я же говорил, что он ненавидит детей. Говорят, если ребёнок зайдёт в лавку без спроса, из него сделают большую игрушку, а потом продадут.

По спине у Мины пробежали мурашки. Однако отступать она не собиралась.

– Я всё равно пойду. Вы со мной?

Она пошла вперёд и, сделав несколько шагов, услышала, что мальчики идут за ней.

Остальные дети притихли от удивления и расступились, когда увидели, как уверенно Мина прошла сквозь толпу, затем толкнула дверь и вошла в лавку. Тим и Ферди не отставали, тоже зашли следом и встали по бокам от Мины. После этого дверь за троицей закрылась. Мина была готова поклясться, что слышала, как у детей отвисли челюсти.

Они будто очутились в сказочном мире. Огромный магазин, заставленный полками, напоминал лабиринт, залитый солнечным светом, который проникал в помещение через стеклянный потолок. Снизу вверх уходила длинная винтовая лестница, ведущая на верхние этажи. Повсюду суетились игрушки из металла: они летали, ползали, бегали, карабкались куда-то, гудели, катались и ездили. Тим первым сказал то, что было на уме у Мины: «Вот это да».

Они медленно шли между стеллажами, с которых то и дело спрыгивали игрушки. Идти приходилось осторожно, чтобы случайно не наступить на какого-нибудь оловянного слона или рыцаря. Все трое не обращали внимания на обращённые на них взгляды и перешёптывание взрослых покупателей. В какой-то момент Мина заметила подмастерье примерно своего возраста.

Правда, тот друзей не заметил: он был слишком занят, стараясь как можно быстрее завести все игрушки.

– Только посмотри, – сказал Тим, взяв в руки игрушечный локомотив. Ферди с интересом разглядывал танцующую балерину. У Мины разбегались глаза: она не понимала, на чём сосредоточить внимание. Внезапно от игрушек её отвлёк женский визг: «Какая гадость! Убери его!»

Женщина, стоявшая рядом со своей «пострадавшей» подругой, в панике похлопала её по плечу, и игрушка, сидевшая на рукаве платья, резко упала на пол. Мина пригляделась и поняла, что это был игрушечный жук. Бедняжка приземлился на спину и беспомощно перебирал шестью лапками. Женщины забыли о нём и стали рассматривать игрушечного единорога. Мина же присела и перевернула жука так, чтобы тот смог заползти к ней на руку.