Книга VI. Вдова и жена
Глава LIV
В ее очах Амора откровенье. Преображает все ее привет. Там, где проходит, каждый смотрит вслед; Ее поклон – земным благословенье. Вздыхает грешник, шепчет он обет. Гордыню, гнев ее изгонит свет; О дамы, ей мы воздадим хваленье. Смиренномудрие ее словам Присуще, и сердца она врачует. Блажен ее предвозвестивший путь. Когда же улыбается чуть-чуть, Не выразить душе. Душа ликует: Вот чудо новое явилось вам! [27] Данте. Новая жизнь
В ее очах Амора откровенье. Преображает все ее привет. Там, где проходит, каждый смотрит вслед; Ее поклон – земным благословенье. Вздыхает грешник, шепчет он обет. Гордыню, гнев ее изгонит свет; О дамы, ей мы воздадим хваленье. Смиренномудрие ее словам Присуще, и сердца она врачует. Блажен ее предвозвестивший путь. Когда же улыбается чуть-чуть, Не выразить душе. Душа ликует: Вот чудо новое явилось вам! [27] Данте. Новая жизнь
Данте. Новая жизнь
В то восхитительное утро, когда скирды сена в Стоун-Корте с такой беспристрастной щедростью источали благоухание, словно мистер Рафлс и впрямь заслуживал воскурения фимиама, Доротея уже возвратилась под кровлю Лоуик-Мэнора. За три месяца Фрешит порядком ей прискучил: она не могла часами сидеть в позе святой Екатерины и восторженно любоваться ребенком Селии, оставаться же безучастной к столь замечательному младенцу бездетной тетке непозволительно. Появись в том нужда, Доротея с радостью бы пронесла ребенка на руках хоть целую милю и только полюбила бы его еще сильнее, но тетушке, не признающей, что ее племянник – Будда, и вынужденной, ничего не делая, лишь восхищаться им, поведение дитяти представлялось однообразным, а ее стремление созерцать его имело предел.
Ни о чем подобном не подозревала Селия, уверенная, что появление на свет крошки Артура (малютку нарекли в честь мистера Брука) заполнило радостью жизнь бездетной вдовы.
– Додо ведь не из тех, кто стремится иметь что-то свое… даже детей! – сказала мужу Селия. – И если бы у нее и родился ребенок, то ведь не такая душка, как Артур, да, Джеймс?
– Да, если бы он походил на Кейсобона, – сказал сэр Джеймс, сознавая, что несколько уклончиво отвечает на вопрос и сохраняет особое мнение по поводу совершенств своего первенца.
– Вот именно! Даже подумать страшно! – сказала Селия. – Додо, по-моему, подходит быть вдовой. Нашего малютку она может любить, как родного, и ей никто теперь не помешает осуществлять все ее затеи.
– Жаль, что она не королева, – сказал рыцарственный сэр Джеймс.
– А кем тогда были бы мы? Ведь тогда бы и мы стали кем-то другими, – возразила Селия, которой не понравился этот мудреный поворот фантазии. – Нет, пусть все остается без перемен.