Когда мистер и миссис Гарт остались одни, Кэлеб сказал после некоторого молчания:
– Сьюзен, угадай, о чем я думаю.
– О севообороте, – сказала миссис Гарт, улыбнувшись ему над вязаньем. – Или о кухонных дверях типтоновских ферм.
– Нет, – совершенно серьезно ответил Кэлеб. – Я думаю о том, что могу пособить Фреду Винси. Кристи уехал, Альфред скоро поступит в учение, а Джиму еще пять лет расти, прежде чем от него может быть толк для дела. Мне понадобится подручный, а Фред у меня под началом научился бы, как следует вести хозяйство, и стал бы хорошим помощником. Глядишь, из него и вышел бы полезный человек, раз уж он не хочет принимать сан. А как по-твоему?
– По-моему, нет другого честного занятия, против которого его родные ополчились бы больше, – решительным тоном ответила миссис Гарт.
– И пусть ополчаются, – сказал Кэлеб с твердостью, обычно появлявшейся в его голосе, когда он отстаивал свое мнение. – Он уже совершеннолетний и должен сам зарабатывать свой хлеб. Ума у него хватает и сообразительности тоже. Землю он любит и, конечно, может по-настоящему изучить дело, если только захочет.
– Но захочет ли? Отец и мать растили из него богатого джентльмена, и, мне кажется, он себя таким и видит. Они все считают нас ниже себя. И если ты предложишь это, уж конечно, миссис Винси скажет, что мы ловим Фреда для Мэри.
– Жизнь была бы поистине жалка, если бы зависела от такого вздора! – воскликнул Кэлеб с омерзением.
– Да, конечно, но, Кэлеб, нужно иметь и гордость, это только разумно.
– Позволить, чтобы дурацкие измышления помешали тебе сделать доброе дело, – такая гордость, по-моему, вовсе не разумна. Да ведь никакая работа не пойдет, – с жаром продолжал Кэлеб, для пущей выразительности взмахивая рукой, – если слушать дураков. Надо самому знать, что ты задумал правильный план, и уж от него не отступать.
– Я не стану мешать твоим планам, Кэлеб, – сказала миссис Гарт, которая при всей своей твердости знала, что ее кроткий муж способен быть еще тверже. – Но по-видимому, решено, что Фред вернется в университет. Так не лучше ли подождать и поглядеть, что он решит делать потом? Принуждать людей против их желания не так-то легко. Да и ты пока еще точно не знаешь, что тебе придется делать и в чем у тебя будет необходимость.
– Да, пожалуй, лучше немного обождать. Но в том, что работы у меня с избытком хватит на двоих, я заранее уверен. Хлопот у меня всегда полон рот, и все время добавляется что-то новое. Вот как вчера… Да я же тебе не рассказал! Странно так получилось, что два разных человека попросили меня произвести оценку одной и той же земли. И как ты думаешь, о ком я говорю? – спросил Кэлеб, беря понюшку табака и зажимая ее между пальцами, словно она имела прямое отношение к его вопросу. Он любил понюхать табак, когда вспоминал об этом удовольствии, что, впрочем, случалось довольно редко.