– Хм… говорил что-то… Бубнил неуверенно… Я думал, до дела не дойдет.
Вадим Игоревич видит то, что я так отчаянно пытаюсь скрыть под маской решимости и бесстрашия – страх и отчаянную надежду. Как я сразу не догадалась, что обмануть его не получится…
– С Романом едете? – тихо спрашивает он. Тягостно вздыхаю и киваю в ответ…
Он хмурится, проводит рукой по седой щетине.
– Понимаю… Ладно, скажу, что отправил тебя в соседнюю часть за медикаментами. Но, Кира… – он встает, подходит ко мне и кладет тяжелые, отцовские руки мне на плечи. – Девочка моя, будь осторожна. Очень тебя прошу – возвращайся целой. Мне нужны твои ручки, москвичка.
К горлу подкатывает горький ком… Я неловко обнимаю его в ответ.
– Я вернусь, – обещаю я, и само́й хочется в это верить.
На улице меня уже ждет «Урал» – огромный, забрызганный грязью монстр. Рядом с кабиной, прислонившись к двери, стоит Роман. Он одет в полную тактическую разгрузку, на плече висит автомат. Увидев меня, он отталкивается от машины. Хмурится и строго произносит, взмахнув рукой в сторону пассажирской двери.
– Залезай.
Я карабкаюсь в высокую кабину. Здесь пахнет соляркой и табаком. Роман садится за руль, двигатель оглушительно ревет, и мы трогаемся.
Первые полчаса едем молча. Роман курит, выпуская дым в окно, я разглядываю унылые пейзажи: выжженные поля, остовы деревьев, разбитые деревни…
– Куда мы едем? – наконец, решаюсь спросить я.
– На передовой пункт – он примерно в часе езды отсюда. Там конечная точка нашего маршрута, дальше – только своим ходом.
– А что там? То есть мы на самом деле будем собирать…
– И это тоже… Ты как врач будешь констатировать смерть, бойцы – грузить солдат для отправки. Но там есть люди, которые мне должны. Я договорился: нам дадут несколько часов и проводника. Возможно, он знает, куда идти.
Я перевариваю информацию. Реальность обрушивается слишком быстро… Мне страшно, мамочки… Очень страшно…
– Мне страшно, Роман, – выпаливаю я.
– Мне тоже, Кира, – вызывает он. – Я дал матери слово, что вернусь…
– Мы вернемся, я уверена. Сегодня просто разведаем, а потом…
– Да, я почти уверен, что нам придется исследовать эти места не один раз… Ты ела?
– Нет.
– Я не хочу, чтобы ты в обморок упала от голода, приедем – прикажу тебя покормить, – деловито произносит он. – А после обеда… мы выдвигаемся в тот квадрат, где их видели в последний раз. У нас будет часа четыре до темноты.
– Хорошо, я готова.
– Это не поход за грибами и не посиделки у костра, – предупреждает он жестко. – Территория серая – могут быть растяжки и неразорвавшиеся снаряды. Могут быть и наши, и чужие. Ты должна слушать меня беспрекословно. Поняла? Шаг влево, шаг вправо – только с моего разрешения.