Вьюжный полуостров был выбран императором для строительства космопорта.
Труднее всего было привыкать к мелочам. Даже не к звездолетам, висящим над каменными плитами во время прибытия. И не к сооружениям, вырабатывающим электричество в промышленных масштабах. Не к пропасти между паровыми экипажами, лампочками на проводах и машинами, умеющими путешествовать через лимб. Не к первым вычислительным устройствам, помогающим людям обрабатывать информацию. К мелочам.
Взять, например, салфетки.
Раньше бумага стоила бешеных денег. Книги обладали ценностью, сопоставимой с бриллиантовыми колье или доспехами тяжеловооруженного конного воина. Сегодня в пригородах пыхтят целлюлозные фабрики, дети учатся писать в тетрадях, а салфетки лежат на столах в каждом заведении. И всё это — за десять лет.
Технологии хлынули в Преддверье.
Мир изменился.
Поначалу было тяжело. Обрушения конструкций с магической поддержкой, голод в странах, привыкших платить волшебникам за вызов дождей. Испорченные амулеты, утратившие силу целебные снадобья. Застрявшие в иных измерениях владельцы переделанных домов. Мертвые фамильяры. Корабли-призраки с Пацифиды, у которых отказали компасы. Маяки, переставшие работать. Погибшие под лавинами и оползнями города, до этих пор защищаемые стихийниками…
Не обошлось и без кровопролитных войн.
Дети ветра против Северного Урхата. Равнинное Царство, сцепившееся с Хо-Шаном. Взрыв преступности в Трордоре, Улкундаре и Танневергене. Облачные Скиты, утратившие возможность торговать с иными мирами…
Без Архивариусов и Содружества Преддверье не сумело бы пережить смутные времена. Но Координационный Совет сдержал слово и выделил помощь тем, кто лишился Дверей.
Всё это — история.
— Хочешь, еще нарисую? — Вэй смотрела на папу.
— Конечно, — улыбнулся Ольгерд. — Только скажи папочке одну вещь.
— Какую?
— Откуда тебе известна эта руна.
Малышка засмущалась, а потом тихо произнесла:
— Я не знаю.
— В смысле?
— Ну… — Вэй засопела, а потом выдала: — Мне приснилось.
Ольгерд вздрогнул.
— Нам пора, — Мерт решила перевести разговор в иное русло. — Звездолет прибывает с минуты на минуту.
Жена, разумеется, преувеличивала. Ей хотелось прогуляться, подышать осенью до того, как они сядут на браннер, отбывающий к тропическому Миядзаки.
Ольгерд достал из кармана жилетки кошелек, щелкнул кнопкой, порылся внутри, извлек парочку потертых купюр. Сунул под пепельницу. Деньги тоже стали бумажными, хотя мелкие монетки кое-где еще ходили. Никто больше на носил звенящие мешки на поясе. Кошелки стали квадратными, появилось новое словечко — портмоне.