Маги, нашептывающие эфирные письмена, рассредоточились по всей площади. Их прикрывали боевые колдуны, чьи навыки были связаны со стихией огня. На крышах засели вершители судеб и творцы големов. Первые, по замыслу Гримлиэля, должны увеличить вероятность победы, вторые — отвлечь врага ложными целями.
Владыка привел в Трордор чувствующих . Близнецов, умеющих вступать в резонанс с многомерным пространством и улавливающих приближение жнецов. Парень и девушка явились с Пацифиды — их недавно приняли в Гильдию. Оба — не от мира сего. Отстраненные, молчаливые, с вечно затуманенными взорами.
Чувствующие предупреждали о нападениях за сутки.
Жнецы путешествовали по измерениям быстро, но для масштабных операций им приходилось стягивать силы из разных уголков вселенной. Эти движения вызывали сильный резонанс.
— Идут, — сказала девушка-близнец.
Гримлиэль стоял вместе с Илорном в двадцати шагах от Храма. Тут же находился создатель каменных големов со стилетом в руке. И добрая дюжина боевых магов из личной охраны Гримлиэля. Иллюзия безопасности — у входа разверзнется подлинный ад. Впервые за долгие годы Илорн сомневался в благополучном исходе мероприятия.
А что, если Навсикая не придет?
Или не справится?
Волшебник отогнал крамольные мысли прочь. У человека должна оставаться надежда. Всегда. Иначе руки опустятся, и тьма накроет руины некогда великих городов.
Надежду у нас не отнять, успел подумать Илорн.
А в следующий миг ему стало не до философских размышлений.
Потому что в Трордор явились жнецы.
Сначала Илорн увидел щели — вертикальные штрихи, расчертившие пространство площади неумелыми детскими каракулями. Штрихи не были идеально ровными, они колебались, словно марево Сухот-Дарракана. Момент атаки Илорн пропустил. Для него это выглядело так, словно жнецов не было, а потом они появились. Вросли в ткань бытия, став неотъемлемой частью города.
Вместе со жнецами пришли биомашины.
Много машин.
Гримлиэль с Илорном начали колдовать, разбрасывая вокруг символы заученных заклинаний. Группа жнецов попыталась ударить справа, и тогда перед ними выросли каменные големы. Шууддах уколол левую ладонь стилетом, уронил на мостовую несколько капель и что-то быстро нашептал. Брусчатка вспучилась, порождая уродливых чудовищ. Руки, ноги и туловища с грохотом складывались из каменных блоков. Внутри големов что-то искрило, злобные глазки вспыхнули оранжевым пламенем.
Големы заслонили магов от фигур с косами, и этот маневр остановил неумолимое приближение чужих. Достаточная передышка, чтобы набросать больше эфирных знаков. Гримлиэль колдовал быстрее, и вот уже первый силуэт пропитался смертоносными письменами.