На Фарназисе не было городов и постоянного населения. Только опорные пункты, закрытые комплексы, защищенные орбитальные пузыри. Всё напичкано автоматикой. Безусловно, Демиурги могли развернуть здесь боевые станции и подтянуть ударный флот в случае необходимости. Но первую линию обороны держали машины. Безжалостные и непостижимые. Сокрытые в шахтах и ангарах глубоко под землей. Дрейфующие в космической тьме. И бороздящие просторы океанов. Ольгерду не хотелось думать об этих устройствах, с которыми нельзя договориться или сразиться на равных. Подобные создания… они еще хуже Кракена.

Ольгерд свернул направо и неспешно двинулся по серому коридору. Пол под ногами казался упругим и мягким, словно губка. Или мох. Схожие ощущения возникают, когда идешь по сумрачному лесу, вслушиваясь в шорохи и скрипы ветвей.

Лабиринт — не лес.

Всё здесь было мертвым, чужеродным. Не верится, что человеческий разум мог сотворить нечто подобное. Впрочем… было ли Содружество только человеческим? На сей счет возникали сомнения.

Рык принюхивался к стерильно чистому воздуху.

И ничего не улавливал.

Зверю такие фокусы не нравились.

Коридор вывел хозяина и его питомца к развилке. Два туннеля разбегались под острым углом. Не задумываясь, Ольгерд свернул влево. И обнаружил, что шагает под уклон, а тоннель завивается спиралью.

Тупик.

Провал под ногами, вделанные в серую поверхность металлические скобы. Глубина люка не превышала трех метров. Рлок сиганул вниз и мягко приземлился на четыре лапы. Ольгерд спустился по скобам.

Цилиндрическая комната.

Разбегающиеся в разные стороны коридоры.

Шесть вариантов. Вот где поле для раздумий. Можно стоять вечно, пытаясь заглянуть за край неопределенности. Ольгерд был человеком действия, поэтому уверенно шагнул в ближайший проем и продолжил свой путь.

Звездолет высадил пассажиров в чистом поле и умчался на орбиту, подчиняясь протоколам Барьера. Макгрегор остался на борту корабля — ему не требовалось проходить проверку. Сол Динмарк не мог вызвать звездолет до полного прохождения лабиринта своим подопечным. Барьер перекрыл все каналы связи, запретил маневрирование и посадку.

Ольгерд резко остановился.

Рык припал к пружинящему полу.

К мастеру ножей мчалось существо, похожее на собаку — крупную, с вытянутой пастью и прижатыми к голове ушами. Пес взвился в воздух, но был остановлен ударом рлочьей лапы. Хруст ломающихся позвонков, жалобный визг, обмякшее тело.

Слишком просто для ловушки.

Или — тест на агрессию?

Мертвый пес развалился на несколько частей, каждая из которых превратилась в черную труху. Мусор начал всасываться в пористое покрытие. Ольгерд завороженно наблюдал за процессом. И чуть не пропустил лезвие, вырвавшееся из скрытого паза в стене. Инстинктивно уклонился. Клинок развернулся, словно им управлял другой мастер, и атаковал колено Ольгерда. Пришлось выставить руну щита — и она непостижимым образом сработала.