Раньше ее врагами были злые собаки или слишком бдительные сторожа. Но здесь она столкнулась с бандой мальчишек одного с ней возраста. Они приняли чужака на своей территории негостеприимно. Окружили, стали требовать отдать узелок. В нем не было ничего ценного, просто украденная у торговца еда. Но она была честно украдена, и Робин не собиралась отдавать ее этим паразитам. Она с размаху ударила ножом в живот одного из противников, потом бросилась бежать. Но эти крысы знали город лучше, чем она. Вскоре они снова прижали ее в тупике. Пришлось драться. Именно там кто-то порезал ей щеку. Она в тот момент даже не почувствовала боли. Робин сражалась так яростно, что не заметила, как осталась один на один с главарем. Он был постарше, крупный детина лет семнадцати. К тому времени он уже понял, что перед ним девочка. И она увидела в его глазах нечто новое и пугающее. Его глаза будто покрылись масляной пленкой. Он не то, чтобы ее вожделел, нет, вряд ли. Скорее это было чувство, что она в полной его власти, и только от него зависит, что с ней будет дальше. Он на мгновение замер, будто бы смакуя это чувство. И Робин хватило этого мгновения, чтобы изо всех сил пнуть его в пах. Когда он согнулся от боли, она добавила локтем в спину и побежала. Узелок с украденной едой потерялся во время боя, но это было не так уж важно. Главное, что она победила.

С тех пор она часто это видела в глазах других мужчин, когда она понимали, что перед ними девушка. И это помогало ей выжить. Она и выбрала Гидеона в свои попутчики, потому что у него никогда не было в глазах ничего подобного. И вот сейчас снова она ловила на себе этот мерзкий масляный взгляд от Тристана Виндфорда. И это дало ей несколько мгновений. Она молниеносно подобрала ближайшее оружие — им оказался острый, похожий на лезвие ножа, осколок зеркала — и ударила Тристана в его мерзкое, но при этом ангельски прекрасное лицо. Охотник сделал несколько шагов назад и с ужасом посмотрел на свое отражение в крупном осколке на полу.

— Мое лицо... — простонал он, касаясь раны на щеке, — ты его испортила...

Он побледнел, как мертвец, беззвучно открыл рот, а потом резко рухнул на пол.

Из коридора выглянул Финн.

— Вот это да! — удивился он, подходя ближе. — Вы его убили, госпожа Робин! Я раньше воображал вас леди Гвиневрой или Элейной. А вы... настоящий рыцарь!

Робин ничего не ответила. Она упала на колени прямо в осколки, не чувствуя, как стекло режет кожу сквозь грубую ткань штанов. Руки её дрожали, когда она протянула их к пустой раме, в которой ещё недавно колыхался полупрозрачный силуэт. Она прикоснулась пальцами к холодному дереву, провела по нему, будто надеясь, что он вернётся.