Глава 17
В «Старом Вороне», тайном трактире, который держал бывший разбойник по прозвищу Косой Пит, было тихо и спокойно. Снаружи лил летний дождь, а внутри пахло дымом, жареным мясом и старым деревом. Большинство посетителей были такими же беглецами, как и они, поэтому никто ни о чём не спрашивал.
Гидеон и Ариэль ушли купить краденных лошадей у египтян и заодно узнать последние новости. Робин и Бланш остались вдвоём за дальним столом у окна. Бланш пила свежее парное молоко. Робин вертела в руках кружку с сидром.
— Знаешь… — вдруг сказала она, — ты ему подходишь.
Бланш удивлённо подняла бровь:
— С чего ты так решила?
Робин пожала плечами:
— За таких, как Гай, надо держаться. Я это поняла давно, — она сделала глоток и продолжила тише: — Когда-то, года три назад, мы застряли в одном городишке на севере. Там снова началась чума. Я заболела. Думала, конец. Лежу в какой-то конуре, дышу через раз, вся в поту, и жду, когда мой ангел меня призовёт. А он не ушёл, сидел рядом. Менял тряпки, поил водой, тёр мне спину, когда начинался жар. И сам при этом был здоров. Никто не знает, почему он не заразился. Может, Бог его хранил. А может, он просто упрямый, как баран. Но он меня выходил. И тогда я поняла, что могу доверить ему свою спину. Если ты можешь стоять с кем-то спиной к спине, это твой человек.
Бланш опустила взгляд:
— Я не хочу разрушать такой союз.
Робин невесело усмехнулась:
— Это действительно союз. Мы как два подельника, как брат и сестра. Ну если бы они предавались инцесту. Хотя, говорят, среди богатеев таких полно. А Гай другой, ему нужна какая-то возвышенная, благородная дамочка. Вроде тебя.
Бланш фыркнула:
— Я не такая! Я вообще кошка!
— Тем и лучше. Кошек он любит больше жизни.
Бланш отпила молока:
— А ты?
— Я пойду своим путём.
Бланш посмотрела на неё с искренним любопытством:
— Каким?
В этот момент к столу подошёл хозяин трактира, коренастый бородатый мужчина с черной повязкой на глазу. Он молча поставил перед ними блюдо со свежеиспеченным хлебом и куском сыра, кивнул и ушёл. Робин проводила его взглядом и тихо сказала:
— Вот таким. Хотела бы открыть свою таверну. Небольшую. И подавать там чай.
Бланш улыбнулась уголком губ:
— А у тебя, кажется, тоже есть пара.
Робин вдруг сильно смутилась. Даже шрам на щеке слегка покраснел.
— Ну нет… — она покачала головой. — Он мой ангел. Я никогда… не думала о нём в этом смысле. Он для меня… совсем другое.
Она замолчала, глядя в кружку. Бланш мягко коснулась её руки:
— Иногда ангелы тоже становятся людьми.
— Ладно, там видно будет. Но ты мне иногда будешь уступать Гая? Он бывает хорош... в некоторых вещах.