— Хочешь сказать… Мы полетим на Листике? — выдохнула Аддерли.
— А разве у нас есть выбор? Залезай, Тина. Осторожнее! Вряд ли это будет удобно, но придется потерпеть. Я привяжу тебя к шипу зверя и укрою нас защитным куполом. И постарайся не свалиться, пустышка!
Кивнув, девушка полезла на любезно подставленную хищником лапу.
Честно говоря, я плохо понимала, что происходит. Слишком много всего! Бал, Ривз, коронация, падение в воду, темнота… а потом голос Эша. Он звал меня. Снова и снова. Не позволял уйти. Возвращал. А потом свет, боль, его глаза…
И огромный серебристый серпентарис, на котором я сейчас поднимаюсь в воздух!
Все это было так похоже на сон, что я даже ущипнула себя, а потом Эш с ухмылкой добавил, и я ойкнула. Нет, не сон! Все по-настоящему! Мы действительно летели сквозь облака! Рассмотреть я ничего не смогла, потому что ветер бил в лицо, и лишь когда мы начали снижаться, дыхание перехватило от открывшейся картины. Ночной город лежал перед нами — огромный и сияющий. Словно игрушка в зачарованном шарике со снегом! И весь он принадлежал нам! Весь, до самого горизонта! А может, и дальше!
— Держись! — крикнул сквозь завывания ветра Эш, и я крепче обхватила его за пояс.
Листик снова выпустил огонь и устремился вниз, к шпилям ВСА. Но боги! Что с академией? Спросить я не успела — серебристый зверь сложил крылья и штопором вошел в огромную дыру крыши. Я от ужаса зажмурилась, а когда открыла глаза… Мы рухнули прямо в центр битвы! В бальном зале, который совсем недавно я видела сказочным и мерцающим, сейчас лилась кровь людей и жутких тварей Гряды. Мой испуганный взгляд выхватывал разрозненные фрагменты картины, которые не желали укладываться в голове. Там Аодхэн в окровавленной рубашке, но все еще швыряющий заклинания. Здесь студенты отбиваются от тряпичника. У стены мой дядя размахивает палкой, пытаясь отогнать ползущих хищников. Справа, за перевернутым столом, прячутся люди, рядом сдерживает атаку королевский советник Вандерфилд. Его ошарашенное, перекошенное при виде нас с Эшем лицо согрело мое замерзшее самолюбие. На передовой неприкосновенные и магистериусы, я вижу Магму, Шелдона, Ривза, его брата и отца, Эдди и его родителей, Эрика и Ари, будущую дознавательницу Ванду, зажимающую рану на плече, и ее подругу Вел, размахивающую мечом, Томаса, отважно закрывающего собой девушек-врачевательниц… даже Брин и Шелли… Левее кучка преподавателей и студентов закрылись щитом, который тает под натиском огнезмеев. Там кто-то бежит, здесь — лежит…
Эш уже спрыгнул на пол, спустил меня.