— Все живы и даже почти здоровы. И нет никаких аспидов, только огнезмеи, — устало буркнула я. — А я, когда смою грязь и поем, стану совсем как новенький син — блестящая и довольная. Так что все разговоры потом. Простите, но я жутко устала!

К чести друзей, настаивать они не стали. И даже проводили, отгоняя от меня особо любопытствующих. В башне я первым делом забежала в гостиную и, радостно схватив несколько кусков пирога с мясом и кувшин молока, поднялась в свою комнату. И уселась прямо на пол, жадно вгрызаясь в сочный пироговый бок!

Вот только поесть не успела — дверь хлопнула, впуская… Эша!

Он окинул одним взглядом меня, сидящую на полу, потемнел лицом:

— Ты ранена?

Шагнул ко мне, дернул, поднимая. Ощупал сверху донизу, почти как госпожа Хилл! А нет, от врачевательницы у меня не горели лихорадочно щеки и не стучались в голову непристойные мысли.

— Почему ты сидишь на полу? — рявкнул Эш. — Тебе плохо? Говори!

— Не могу, я жую, — с набитым ртом пробубнила я. — И если ты меня не отпустишь, у меня случится заворот кишок! Почему ты не в лазарете?

— Я ушел. Клиффорд не причинил тебе вреда?

Я пренебрежительно фыркнула и помотала головой. Вандерфилд еще раз меня осмотрел, а потом нагло отобрал остаток пирога, сунул в рот и упал в кресло. Зачарованная мебель послушно изогнула спинку, приподняла подлокотники и даже выдвинула бархатную подставку под ноги, чтобы наглецу было удобнее. А ведь со мной оно лишь лениво шуршало подушкой, изображая деятельность! Предательское кресло!

Прожевав пирог, Эш подвинул к себе кувшин и выпил все молоко.

— Не жадничай, — хмыкнул гад, увидев мой взгляд. И постучал ногтем по глиняному боку посудины. Та булькнула, заново наполняясь молоком. — Аддерли, только не говори, что ты не знала о том, что это кувшин-переместитель.

Я сконфуженно что-то пробормотала. Эш рассмеялся и протянул полный кувшин мне. Я с удовольствием напилась, слизнула с губ белые капли.

— А вот за пирогами не мешало бы сбегать, — намекнул сноб.

— Вниз по коридору и направо! — одобрила я, на что неприкосновенный закатил глаза. Но я уже стала серьезной. — Врачевательница сказала, что у тебя раны открылись.

— Она преувеличила, — отмахнулся Эш.

— Преподаватели объяснили появление огнезмеев?

— Аделия объявила, что в оранжереи завезли зараженную личинками землю, вот твари и размножились.

Ох, и почему я не верю этим объяснениям?

И судя по взгляду неприкосновенного, он тоже. Вандерфилд поднялся и подошел к стене, заложил руки за спину, рассматривая рисунки. Потом обошел комнату, потрогал пузатый шкаф, вырезанных на спинке кровати тварей, древний стол.