С трудом выпрямившись, он с брезгливостью вытер рот. В голове начали всплывать смутные картины прошлого. Вспомнилось, как он махал молотом, как парочка «всадников» сбила его с ног, ловко зажав «в клещи». Как потом пил водку с этими ребятами, оказавшимися вполне себе нормальными мужиками гараевского возраста. Как давал деньги «на продолжение банкета», и один из «роханцев» притащил ещё одну бутылку, купленную втридорога у какого-то пацана, который был по словам мужиков, тоже «своим»…

А вот что было потом — Гараев не помнил. Или же пока не помнил? Он оценивающе посмотрел в кувшин, в котором плескалось ещё достаточно прозрачной жидкости, и решительно припал к узкому горлышку, попутно отметив, что сосуд, кажется, сделан из натуральной глины и производит впечатление чуть ли не ручной работы. Вслед за этим мелькнула какая-то странная мысль, но осознать её физрук не успел, потому как вновь согнулся над ведром.

Карина Александровна Крыгина

Карина с отвращением поставила хенд-мейдский кувшин с заляпанными краями подальше от вонючего ведра. Внимательно огляделась. Пол ледяной, как и кирпичные стены, сходящиеся вверху. Потолок низкий, рукой достать можно даже в самом верхнем месте свода, отчего комнатка становилась на вид ещё меньше, а стены давили на сознание, грозя сложиться вовнутрь и похоронить обитателей заживо под кучей битого кирпича. Одну из стен под самым потолком украшало узкое окошко, с металлической решёткой, делящей отверстие на неровные клетки. Напротив окна стены не было. Вместо неё тянулся ряд толстых неокрашенных прутьев, перевязанных между собой широкими полосами железа.

Ещё в углу комнаты имелось отверстие, откуда несло запахом канализации, а по периметру стояли грубые деревянные лавки, на одной из которых и сидела Карина. Голая, беспамятная, растерянная, ничего не понимающая. Напротив неё, в такой же позе, то есть, голова ниже колен, страдала ещё одна участница реконструкторского шабаша. Была она тёлкой постарше, с татуировкой оскалившейся собаки на плече и жёстким взглядом уголовницы. Извергнув изо рта очередной фонтан блевотины, тётка сплюнула в ведро и совершенно по-мужски высморкалась, заставив Крыгину передёрнуться. Впрочем, пару минут назад она сама была в невсебосе, так что кривиться нечего. Лучше начать знакомиться и выяснить, в какое пипяо она вляпалась на этот раз.

Валера Сорокин

Валера подошёл к решётке и попытался просунуть голову между прутьев. Разумеется, не получилось, и он со вздохом вернулся на своё место. Взобравшись с ногами на лавку, он обхватил колени и положил на них подбородок.