— Чё надоть? — В открытом маленьком окошке появился ещё один Стёпкин приятель, Лёха.
— Чё-чё! Да ни чё! Самовар через плечо! Открывай давай, тут из новой власти приехали до коменданта! — Стёпка ликовал, чувствуя приобщение к могуществу новых правителей.
— Ага, разбежался! Как я тебе открою, ключи от ворот у Сысоева, а он в караулке спит! Велел не будить! Ты его знаешь — уж взгреет, так взгреет!
— Простите, гражданин солдат, а кто такой этот ваш Сысоев? — вступает в перепалку хорошо одетый господин.
— Это унтер наш. Он за дежурного остался, пока народ в городе гуляет. Офицеры-то по домам сидят. — Стёпка изо всех сил старается быть полезным прибывшим.
— Алексей, голубчик, вы нам откройте и покажите, где караулка. Мы сами разбудим вашего унтер-офицера, и он не будет иметь оснований на вас злиться!
С той стороны раздаётся лязг железа, калитка открывается и бдительный караульщик пропускает всех внутрь, притормаживая тем не менее Стёпку.
— Ты эта… Тут посмотри, а я дальше провожу…
— Вот-вот, я тоже здесь останусь, покурю на свежем воздухе, — поддерживает идею патлатый, доставая из кармана шинели пачку папирос. — Угощайся, братец, не стесняйся. Да бери, бери ещё парочку. Нелегка солдатская доля, да?..
Прикуривая от спички, поднесённой тем же участливым собеседником, Стёпка краем уха вдруг слышит какую-то возню за воротами, но в тот же миг ребро ладони патлатого сильно бьёт его по шее и Стёпка проваливается в темноту…
Спустя минуту раздаётся скрежет замка, и тяжёлые створки ворот не торопясь начинают распахиваться. Патлатый, стянув с бритой головы парик, вытягивает из-за пазухи и надевает папаху, затем оттуда же появляется красный шарф, которым он начинает размахивать над головой, повернувшись к Кронверкской набережной.
— Ильюха, сигнал! — Из-за ворот доносится голос прапорщика.
— Даю, Кот, даю! — Шарф продолжает реять в воздухе…
Через минуту на набережной появляются два грузовика с красными флагами, битком набитые солдатами, их сопровождает казачья сотня. И только очень внимательный взгляд может отличить малиновые лампасы уральцев от красных донских. Колонна проезжает мост и втягивается в ворота крепости…
Что бы там ни говорили, а птицы и животные всё же обладают хорошей памятью и способны обмениваться информацией внутри своей стаи. Настал день, когда взбалмошные сороки и вороны снова увидели человека, всегда нёсшего им смерть из палки, изрыгающей огонь, дым и разящую дробь. Быстро поделившись этой новостью с бродячими собаками, они на всякий случай убрались подальше, оставив, как водится, нескольких наблюдателей из числа самых шустрых пернатых. Прошёл день, второй, третий, но он не появлялся. Постепенно радостно каркающие и всё более наглеющие стайки пернатых оккупировали все деревья вокруг Александровского дворца, находя себе пропитание «от щедрот царского стола»…