В руках Эванса бумажные пакеты «Whole foods», откуда торчат лук-порей, упаковка свежей спаржи и мраморная говядина. Еще вино. Белое, сухое, калифорнийское.
Створки лифта закрываются, в нос вбивается запах клубники и туалетной воды Стефа. Довольно резкой и смолистой.
Стеф поворачивается и улыбается. Мы поднимаемся ровно минуту до люкса на последнем этаже. Со звуковым сигналом лифт останавливается, и двери раскрываются.
— Прошу, Марта.
Неуверенно переступаю. Я была здесь много раз, но каждый чувствовала себя чужой. Квартира Стефана всегда казалась мне идеально чистой, но пустой, несмотря на картины за миллионы долларов на стенах. Самое странное, что квартира не имеет своего запаха. Наверное, в таком комплексе сверхмощная вентиляция.
— Располагайся. Где ванная, ты знаешь. Я пока отнесу сумки на кухню и поставлю вино в холодильник.
Разуваюсь. Тихими шагами дохожу до огромной ванной комнаты. Ее размеры удивляют.
Мою руки и выхожу к Стефану. Кухня, как и вся квартира в целом, поражает своими масштабами. Выбираю дальний стул и сажусь. Наблюдать за мужчиной, который готовит ужин, приятно. На барном столе уже стоит вино в запотевшем бокале. Произношу скромное:
— Благодарю.
— Твое любимое, — подмигивает. Скромно вытираю большим пальцем стекающий конденсат.
— Угу.
— Не поможешь? — просит.
Мгновенно поднимаюсь и иду к мужчине. Сотни пряных ароматов окружают приятной дымкой. Вкусно. В животе образуется воронка с пустотой. Кажется, я проголодалась. Улыбаюсь искренне и чувствую, наконец, расслабление, которое не могла поймать с первой минуты сегодняшней встречи.
— Раскрой спаржу и промой под проточной водой.
Пока выполняю все указания, Стефан занимается мясом. Мне нравится наш дуэт. Это вызывает новую, более широкую улыбку.
— Люблю, когда ты улыбаешься, — застываю со спаржей в руках.
При всей этой всей обстановке и комфортном нахождении рядом со Стефаном Эвансом, дальше открывшейся картинки продвинуться не могу в своем воображении. Это мой предел. Под ложечкой засосало, что вот так может пройти вся моя жизнь: бокал вина, спаржа и мраморная говядина в холодном доме, не имеющим своего запаха.
Передав овощи Эвансу, отхожу к столу за бокалом вина.
— Тебе идет моя квартира, — переглядываемся.
— Здесь… Уютно, — отвечаю.
— Но ты бы кое-что переделала, — не сомневаясь, говорит.
Кладу одну ногу на другую. Взгляд Стефана опускается в разрез моей юбки. Закусив щеку изнутри, расстроенно отворачивается.
— Ты можешь договориться о встрече с моим дизайнером и обсудить детали, что еще внести в интерьер.
— Зачем?