Запланированное шоу опаздывает уже на час, и сложно представить, чтобы мою гонку отложили бы из-за того, что маршалы не успевают на работу, или механики пьют вторую чашку кофе, или вовсе поломалось оборудование у репортеров. Если не горит режим красных флагов, то гонке быть, даже если у тебя температура и грипп. И быть вовремя. В противном случае гонка пройдет без тебя.
— Алекс Эдер… — трескучий низкий голос звучит справа от меня, и я вынужден повернуть голову. Но я делаю это с приличной неохотой. Ненавижу такие приветствия!
Мужчина чуть старше меня. Он выше ростом и шире в плечах. Я пытаюсь вспомнить, где мы могли встречаться, потому что его лицо кажется мне знакомым, но даже с моей хорошей памятью я говорю «пасс».
— Или вам привычнее Александр Эдер? Хотя ни разу не обращались полным именем. Получается, Алекс?..
— Смотря, какова ваша цель.
Он растягивает рот в широкой улыбке. Типичный американец. Я сохраняю австрийское спокойствие, а в груди начинает ворочиться клубок с ядовитыми пауками. Не знаю, что это, но мне не нравится. Клубок растет.
— Тристан Коуп. Знакомый Марты.
Ох, ты мне не нравишься еще больше! С непоколебимой уверенностью обозначу, что ты на первой ступени мой злости к тебе.
— Слышал, вы снова вместе? Даже не знаю, радоваться или нет. Марта горячая штучка, — и делает вид, что ему жарко, обмахиваясь ладонью и выдыхая.
Улыбается так широко, что его щеки трещат, и я вижу невырванные зубы мудрости. Ладони давно сжаты в кулаки, а дыхание сбивается ритма. У меня, профессионального гонщика.
— Она моя горячая штучка. И кто бы вы ни были…
— Эй-эй-эй, я друг! И не желаю ей зла. Не в моих принципах желать зла таким женщинам.
— Таким?..
Что, блядь, происходит?
Марта, куда ты опять вляпалась?
— Хорошего вечера, Александр Эдер. И желаю вам победы, — он уходит, введя меня в ступор своим неожиданным появлением и таким же внезапным уходом.
Отставляю безвкусный кофе и открываю текстовое поле. Марта вряд ли увидит сейчас сообщение, но я все-таки пишу. Меня убивает ревность и волнение. За прошедшие два года магнит для ее проблем не поизносился. К сожалению.
«Собирай свои манатки. Мы уезжаем!» Звучит грубо, и я нарвусь на очередную волну протеста и ледяной войны. Это же Марта!
«Что за хер Тристан Коуп?» — звучит тоже как наезд. Мы только-только убрали максимальное количество бомб вокруг нас, а такое сообщение чертовски похоже на мину, что взорвет наши отношения на лоскутки. В который раз.
«Я рядом. Но здесь хреновый кофе» , — отправляю.
Ответа нет, и я нервной походкой иду в зал и занимаю свое место в первом ряду. Вокруг толпа надушенных баб. Чувствую себя, мягко говоря, отвратительно, и, если бы не Марта, я бы сбежал отсюда пулей.