– Я тебе говорю! – воскликнула Жанна теряя терпение. – Он сколько раз за последний месяц в командировках был?

– Три раза.

– Ну вот!

– Так работает же…

Я пригорюнилась – в Жанкины доводы верить никак не хотелось.

– А до тела твоего когда последний раз дело имел?

Вот тут я вспыхнула. Воспитания и повадков я была почти пуританских и говорить о таком мне было непросто.

– Два месяца назад, – неохотно призналась я.

Жанкина нога от удивления дернулась сильнее и тапок все же слетел.

– Что? Таня! Тридцать лет мужику и два месяца не троганым ходит? Ты сама в такое то веришь?

– Он же работает…устает…

– Дура ты, – фыркнула Жанка. – Да не морщись, я же любя. Я за тебя…ты мне, как сестра родная, да даже роднее. А они на тебе ездят! Что Зинаида, мамаша его злобная, что сыночек ее. Ты на курсе первая была такую карьеру тебе пророчили, а теперь что? Дома сидишь, пироги печешь!

– Быть домохозяйкой тоже важно, не обесценивай меня.

Жана вздохнула, нашарила ногой тапок, откусила еще пирог.

– Да. Если ты сама этого хочешь. Если тебя ценят и уважают твои близкие. Если твой муж достаточно хорошо тебя содержит. А ты себе одежду когда последний раз покупала?

– Хватит, – попросила я. – У меня же Ванька. На ребенка много денег уходит. Успеется. А то что не работаю, так я дома важнее. У Ваньки больничные постоянно, да и как без внимания мамы…

– Свекровь твоя и Степочка тебя с работы уйти вынудили, – не уступала Жанка.

– А теперь сидишь, ни на ногти денег, ни волосы покрасить, да еще и затюкали…

Жанку наконец прервали – залязгал ключ в дверном замке. Но лучше бы я и дальше подругу слушала, потому что Стёпа, мой муж, в такое время еще не возвращался. Жанна была права, он все чаще задерживался на работе допоздна. Прийти в такое время – только к четырем дня близится, могла лишь свекровь. Я внутренне подобралась, готовясь.

– Сидишь, – вошла Зинаида Павловна. – Чаи распиваешь! А ребёнок при живой матери в садике торчит, как сирота!

– Так четырёх еще нет, – начала оправдываться я. – Я бы через полчаса и вышла за ним, я вас не просила его забирать…

– Не просила она! Да если я проверять все не буду вы с голода помрете и ребёнка профукаете!

– Обед у меня готов, а Ванька с удовольствием играл с детьми.

Ванька маячил где-то за спиной своей бабушки и смотрел на меня несчастными глазами. Еще бы – конец мая. Дни тёплые – парное молоко. Ребята с группой как раз к четырём играть и выходят, а его бабушка забрала.

– Поговори мне тут! – воскликнула свекровь.

Жанка удивлённо округлила глаза – уж она бы так с собой говорить не позволила, я это знала. А я за годы брака словно жить разучилась, да еще и Ванька таким сложным был во младенчестве, мне казалось я ни с чем не справляюсь, вот Зинаида Павловна и стала считать себя главной в нашей квартире.