Домой пришла через пару часов. Тест в мусорке. На столе неубранная посуда и крошки. Слава Богу никого нет. Заплакала я позже, когда после обеда месячные начались. Не знаю даже зачем плакала, почему. По своим робким мечтам о втором ребёнке? Из-за пережитого унижения? Из-за незнания, как жить дальше?
– Ты грустная, – констатировал Ванька вечером. – Случилось что-то?
Как же хорошо, что он в садике был и не видел сцены устроенной бабушкой.
– Колечко потеряла, – махнула рукой я. – Где-то на площадке. Глупости, не переживай.
На тротуар перед нами выскочила лысая нелепая собачка с толстыми боками и я скорее поспешила дальше, чтобы не встречаться с ее богатырем хозяином.
Утро было сонным и вялым. Никуда не надо было спешить, все основные коробки, которые отвечали за мое жизнеобеспечение, я разобрал, на завтрак съел кусок вчерашней, изрядно подсохшей пиццы и торжественно вывел Триггера гулять. Покакали мы на пустыре неподалеку, а затем вернулись во двор, так как лавочек на пустыре не наблюдалось, а меня тянуло лениво разлагаться.
Было только девять утра, я проснулся то так рано, только потому, что устав, вырубился в девять вечера. Во дворе почти никого нет, выходной, спят. Я сел, вытянув длинные ноги, Триггер отправился обнюхивать близлежащие кусты, заставив проходящую мимо бабушку перекреститься.
– Лишай лечить надо! – плюнула бабка в мою сторону.
Объяснять, что Триггер от природы такой красивый, я не стал, вместо этого блаженно закрыл глаза, подставляя лицо солнцу. Потом веснушки полезут, да и черт с ними. Я рос в бабском коллективе, у них было две крайности, либо они гоняли и терроризировали меня, либо залюбливали вусмерть, от того я с пелёнок усвоил, что я может и идиот, но неоспоримо прекрасный.
– Дядь, – раздался рядом детский голос.
Я лениво приоткрыл один глаз – напротив меня стоял вихрастый светловолосый мальчик неопределённо детского возраста. Триггер заметив, что на покой его хозяина посягают, авторитетно рыкнул, но затем решил, что пометить березу важнее и удалился.
– Чего тебе? – откликнулся я. Мальчик присел рядом, грубо нарушая мои личные границы, и мне пришлось открывать второй глаз. – Там другие лавочки есть, если что.
– Мне с вами хочется.
Я вздохнул. Негу безделья согнало, но не обижать же ребёнка. Пусть сидит.
– Ну, сиди, – согласился я.
– А я рядом с вами живу.
– Здорово.
– Это значит, что я ваш сосед.
– Отличное умозаключение. Ты чего не спишь? Выходной же. Ну или мультики бы посмотрел.
Я с подозрением глянул на мальца – не той ли сумасшедшей ребенок? Тогда понятно, чего он такой прилипчивый.