– Ваня, а как вы тут проводите время?
– Мы кушаем, а ещё много гуляем. Иногда я играю в планшет. А вечером мама с Тимофеем уходят в его спальню и просят им не мешать.
– Гардероб, – пискнул я, словно меня и правда душат. – Татьяна собирает мне гардеробную систему.
– Да-да, конечно, – мило отозвалась Катя. – Так и есть.
Я рассердился.
– Ну, все, хватит! Чай дохлебываем и…Таня, налей им чаю, пусть пьют и уходят! И рыбу дай с собой пусть дома доедают!
Майор чуть не подавился со смеху, Катя закатила глаза. У нее завибрировал телефон – неужели они уже обсуждают это в своем ужасном женском чате??? Таня и правда подскочила, принялась наливать чай, сложила в контейнер несколько кусков рыбы и поставила на стол перед Катей.
– Без шуток, – строго сказал я. – Чай пьем молча.
Мы и правда пили чай молча, я уныло думал о женском совете семьи и о том, что мне точно конец. Либо распнут, либо попытаются женить. Ну, это то до тех пор, пока не узнают, что она замужем. Тогда распнут без пощады.
– Была рада увидеть, – напоследок улыбнулась Катя. – Заглядывайте и вы к нам.
– Ага, – хмуро буркнул я.
А рыбу Катя забрала. Еще бы – она божественна.
Меня потряхивало крупной дрожью. Еще бы, у меня уже была свекровь! Я знала, что это такое. А тут и свекровь, и целых три золовки! И поди им докажи, что я и правда тут только временно живу.
– Мы пойдём с Ваней, – сказала я.
– Куда ж вы пойдете? – удивился Тимофей.
– Куда-нибудь, – пожала плечами я. – Они же меня со свету сживут.
– Они меня со свету сживут, – твердо сказал Тимофей. – Если узнают, что я женщину с ребёнком из дома выставил. Не глупи. Все образуется.
Он ушёл гулять с собакой и Ванькой, а я металась по комнатам, благо их много было, пустых, гулких. Я так прониклась своим страхом, что организовала себе целых три собеседования на завтрашний день.
– Стало легче? – спросил Тимофей вечером.
Мы ели запеканку – вполне вкусная запеканка, зачем ее выкидывать.
– На собеседование с утра пойду, – придала я уверенности голосу. – Я взрослая и сильная.
– Правильно, – кивнул мой собеседник. – Все у тебя получится.
Так странно – меня годами убеждали в том, что я никто. Что я ничего не умею. Что работать мне, только кур смешить, надо дома сидеть. Да и дома то у меня ничего не получается, терпят из жалости, хотя я годами тащила на себе весь быт стремясь к недостижимому совершенству.
Утром я была уже на первом собеседовании. Внутри вся тряслась, но убеждала себя – они не знают о твоём страхе. У тебя все получится. Для них ты взрослая спокойная женщина. И вообще немного веры Тимофея так многое для меня изменили!