– Так, – сказала Жанна. – Давайте хватит. Ребёнку через две недели шесть лет будет, до вечера в садике бы не помер. Да, Вань?

– Да, – кивнул мой сын.

Свекровь побагровела и я от греха выпроводила подругу восвояси почти подталкивая в спину.

– Увидимся в понедельник, – шепнула я.

– Дура ты, – повторила Жанна. – Мегера тебя живьём жрет, еще и небось своего сына гулящего покрывает от тебя.

– Иди, – выдавила улыбку я.

Вернулась на кухню. Свекровь пробовала суп из кастрюли ложкой. Попробовала – скривилась.

– Пересолено, – вынесла вердикт она. – Моего сына таким кормить собралась?

Целыми днями на диване сидит, дармоедка, готовить научится не может.

Прошла мимо меня с кастрюлей – вылила суп в унитаз. У меня на глазах вскипели слезы. Сражаться со свекровью бесполезно. Я пыталась раньше. Степка вставал на сторону матери, а если и говорил ей хоть слово поперек, та сразу скорую вызывала, сердце у нее и давление. И делала что хотела, остановить ее, как против танка идти с голыми руками.

– Пирог жёсткий, как подошва! – крикнула она с кухни. – А у моего Степы гастрит!

Степа был здоров, как бык. Я прошла в детскую и села на кресло. Ванька залез ко мне на колени и обнял, как во времена когда совсем малышом был.

– Мам, я правда еще домой не хотел, – сказал тихо мой сынок. – Наша группа только на улицу собираться стала, а тут бабушка пришла.

– Знаю.

– А суп у тебя вкусный. И пирог.

– Вот уйдет бабушка и сходим погулять во двор.

Свекровь бушевала еще два часа. Лишь когда ушла стало спокойно. Мы с сыном вышли гулять, все равно муж возвращается с работы поздно. Ванька наигрался в футбол, от души набегался, раз упал ссадив коленку. Зинаида Павловна увидит – все мне выскажет. Дескать и дома ничего не делаю, и за сыном уследить не могу, совсем никуда не гожусь. Я вздохнула.

Я была права – муж вернулся домой ближе к полуночи. Ванька уже давно спал. Я лежала, выключив свет, но уснуть не могла, снедали мысли, все, как одна – безрадостные. Степа вошел тихо. Разулся, чуть споткнувшись в прихожей и вполголоса выругавшись. Зашелестел одеждой. Мерно зашумел душ.

Я не встала, чтобы предложить ему ужин – задерживаясь на работе он ел в кафе. Может, права Жанка? Я уже успела забыть, что такое руки мужа на моем теле.

Он вошел в спальню. Лег. Натянул на себя одеяло, привычно повернувшись ко мне спиной. И я – решилась вдруг. Приблизилась к жаркой мужской спине, вдохнула воздух, словно пытаясь уловить аромат чужих духов. Но пах он лишь чистотой и свежестью геля для душа. Коснулась его предплечья, пробежалась по нему пальцами, опустила ладонь на мужской живот пытаясь начать в игру, игранную уже сотни раз, но все равно казалось – правила мной то ли забыты, то ли изменили их не поставив меня в известность.