И я сняла себе однокомнатную хрущевку, чтобы максимально бюджетно, с убитым ремонтом. Зато почти наша. Уходить было тяжело, особенно с Триггером прощаться, и почему он мне когда-то страшным казался? Идеальное создание. Милое, смешное, бесстрашное. Разве только котов боится, да и того иногда.

В первую ночь спалось тяжко. Все звуки вокруг незнакомые, дикая духота, что такое кондиционер, этот дом отродясь не знал. Открыла окна, а там все та же духота, да ещё и хохот пьяной компании на детской площадке. Вздохнула.

– По Триггеру скучаю, – сказал Ванька, которому я постелила в раскладном кресле. – Мы сходим к нему в гости?

– Обязательно сходим.

И реветь захотелось. Наверное и правда клушка я. Чего я ждала? Что остановит, он даст уйти? Замуж позовёт? Глупости, я все еще замужем, и буду там оставаться пока суды не закончатся. Наивная, влюбленная дурочка.

В дверь тихонько постучали на третью ночь. Глянула в глазок – на площадке стоит Тимофей, у него в руках жирненькой колбаской висит Триггер. Оба невероятно красивые и печальные, у меня сердце в груди зачастило, того и гляди ребра изнутри сломает. Но дверь не открываю, пусть не думает, что по первому зову побегу.

– Я же слышу, как ты там пыхтишь, – сказал Тимофей. – Тут двери картонные.

Я обиделась, но дверь открыла, предварительно спустив сорочку с одного плеча, типа вот так оно и было изначально.

– Зачем пришел? – сурово спросила я.

– Я все спросить хотел, – начал Тимофей. – Зачем ты тогда в подъезде в трусах стояла?

Я покраснела. Не от стыда, от злости, разница есть.

– Ты реально это спросить пришёл? Дурак!

И попыталась дверь захлопнуть, но он успел ногу поставить, а у него сорок шестой размер, так просто не выпихнуть. Так и сражаемся, у меня и вторая бретелька сорочки сползла, сделав происходящее совершенно неприличным. Тимофей же прижался к этой щели, заглянул в не голубым глазом так близко близко ко мне, и я понимаю, его силы хватит, чтобы меня вместе с дверью отбросить, а он просто закрыть не даёт.

– Брось дуться, – просит он и я чувствую его дыхание на голом своём плече. – Пошли домой. Я соскучился.

Но я гордая – я не пошла. Я просто собрала вещи, и дождалась, когда он снова вернется. Главное – не проиграть первый бой.

Наверное, излишне говорить, что такого у меня никогда не было. И я понимала, что будет прекрасно, когда делала тот самый шаг, просто не знала, насколько. Перед рассветом я тихонько вернулась на диван к Ваньке и закрыла глаза. Все тело ныло и вибрировало, а я понимала – жизнь прежней уже не будет.

На следующее утро я краснела готовя завтрак, а на работе клевала носом, ещё и оказалось засос на шее, весь день наши водилы надо мной подшучивали и конфет натаскали больше обычного. А ночью я прокралась в его комнату вновь. И так – две недели пробегала.