Улицы, улочки, дома…

Карта Выездного продолжала «стоять» у меня перед глазами, возвращая к поиску, для меня уже завершенному.

Мавр сделал свое дело, мавр может…

Поиск не будет завершен, пока мальчик не вернется домой.

С тем, что я в это время буду далеко, мне предстояло смириться.

— Все будет хорошо, — словно понимая, что со мной происходит, повторил Игнат те слова, что уже произносил, когда сидели на скамейке. Произнес негромко, только для меня. — Не знаю, как…

— Народу сегодня много… — разбавляя повисшее напряжение, как-то удрученно выдавил из себя дядька Матвей.

— Ищут мальчишку, — глухо отозвался Стас.

Меня слегка повело — машина свернула, слегка придавило к спинке, когда Стас решил ускориться. Снова повело, навевая воспоминания о другой дороге. Той, которой добирались сюда.

— Так ты откуда к нам залетел? — поинтересовался вдруг Стас.

Игнат хмыкнул, взяв меня за руку, сжал ладонь.

— Не поверишь, — со смешком начал он. — Из Воронежа.

Я как раз открыла глаза — все равно «видела» все, что мелькало за стеклом, чтобы успеть заметить в зеркале заднего вида, как на лбу у брата пролегла задумчивая морщинка.

— Ты же должен был…

— Так получилось, — все еще улыбаясь, оборвал его Игнат. — Вы же тоже… — дал он понять, что и наш план поездки не выдержал столкновения с реальностью.

— Вот и у нас… так получилось, — соглашаясь, на этот раз вроде как весело отозвался Стас. — Дядька Матвей, а рыбалка у вас хорошая? — неожиданно поинтересовался он, явно отвлекая меня от переживаний.

Зря старался. В голове было пусто. Лишь бились, как птицы в клетке, перекликавшиеся с пожеланием отца слова Кеосояди: «Я вас очень прошу себя беречь…»

— Знатная, Стас! Знатная! Вот разберетесь с проблемами, сходим на зорьку… О, вон где штаб поставили, — резко перескочил он на другое.

Я посмотрела в окно…

Я видела этот сквер и на карте, и в своем видении во время поиска.

Сейчас он выглядел иначе. Со множеством машин, людей и стоявшим там же микроавтобусом с эмблемой поискового отряда «Лиза Алерт».

— Столько народа… — сбросив скорость, качнул головой Стас. Сглотнул. Шумно. Надрывно. — Тварь!

О ком он сказал, было понятно и без пояснений.

Я была с ним согласна — тварь, не пожалевшая ни собственного внука, ни других пацанов.

А еще я была уверена, что рано или поздно…

Сейчас значение имела только жизнь Олежки. Со всем остальным Андрей сумеет разобраться и сам.

Стас нажал на газ, оставляя собравшихся в сквере волонтеров позади, машина дернулась нервно, выдавая, что и у брата есть предел прочности.

Мгновение его слабости было коротким. Двигатель заурчал деловито, ровно. За окном замелькали дома, деревья. Показалась линия железной дороги, заблестела гладь реки Теша.