Не сказать, что ему требовались пути отхода, но жизнь она такая: лучше предусмотреть лишнее, чем потом кусать локти.

Тем более в его положении.

Вернувшись к скамейке, на этот раз садиться Игнат не стал. Сделал пару шагов в одну сторону, в другую…

Пространства, чтобы успокоить требовавшее движения тело, ему не хватало, потому он снова дошел до конца аллейки, затем обратно.

Как Игнат ни пытался переключиться, но не думать о происходящем не получалось. Пока играл в догонялки со временем, все казалось логичным. Стоило встать на паузу, так нестыковки полезли, как нитки из старых швов.

Нет, с государством все выглядело ясным и понятным. И то, что ищейка им жизненно необходима — хотя до этого момента справлялись как-то и без нее, и то, что вариант добровольной работы со стороны Анны был вполне вероятен. Тут надавят на патриотизм, там на совесть. К тому же дадут осознать собственную значимость не только в вопросе безопасности страны, но и с точки зрения конкретных жизней. Достаточно в параллели с интересами спецслужб позволить заниматься поиском потеряшек, чтобы Анна, пусть и не сразу, но согласилась на сотрудничество.

А вот с Гавриловым или Березиным, если Игнат был прав, и еще одна группа работала по указке его друга детства, все выглядело не столь однозначно. Не видел Игнат реальных вариантов заставить ее работать на них.

Угрозы? Шантаж? Физическое или психологическое воздействие?

С кем другим и могло сработать, с Анной — практически исключено. И не потому, что он верил в ее психологическую устойчивость или твердость характера.

Уникальные способности! Если Анна была хотя бы вполовину так хороша, как наставница, которую Игнат видел в деле, то доводить до бешенства ее точно не стоило.

Оставался, конечно, Стас, как слабое звено, но…

При таком раскладе можно было получить совсем не тот результат, на который рассчитывали. Тем более что парень тоже не без способностей, о которых Игнат мог только догадываться.

Однако, несмотря на всю его убежденность в уже сделанных выводах, расклад продолжал оставаться прежним. Три команды, среди которых и государство. И все дружно загоняли одну ищейку, чтобы заполучить ее себе в руки.

Воспринималось едва ли не парадоксально.

Во-первых, удивительная слаженность действий, которой не могло быть, потому как структуры явно недоговороспособны. Особенно Гаврилов. Этот спал и видел себя едва ли не в кресле президента.

А во-вторых…

Игнат, отмотав туда-сюда уже кругов десять, буквально уперся в скамейку.

Пораженный двинувшей по мозгам мыслью, сбросил сумку сплеча и поставил ее с краю. Сам встал рядом.