— Но? — мой собеседник вопросительно на меня посмотрел.

— Но случилась трагедия. Она была старшим медицинским работником в одной организации, там случилась страшная трагедия, не выжил никто, да и я выжил тогда лишь чудом. Я ещё долгое время видел её... слышал её голос... Мне так её не хватало.

— Тогда ты прекрасно меня понимаешь и то, почему я не хочу оставаться больше в этом мире, у меня больше ничего не осталось в этом мире, я не такой крепкий как ты.

Я сделал еще один глоток вина, протянул бутылку мужчине и начал говорить:

— Я тебя понимаю, поверь, в этом мире у меня никого не осталось, я один. Но не нужно сдаваться. Ты себя недооцениваешь. Если ты уйдёшь, этот мир лишится хорошего специалиста, чьи знания, возможно, помогут выжить человечеству. Может быть, стоит идти до конца и идти к своей смерти более длинной дорогой?

Он ничего не ответил, лишь сделал очередной глоток вина и передал бутылку мне. Я тоже отпил и поставил ее на стол между нами.

— Скажи, Айзек, — неожиданно заговорил он, — если ты один в этом мире, то ради чего ты живёшь?

— Чтобы выжили другие, чтобы они не чувствовали того, что чувствую я. Так что прошу тебя, Эдвин, если ты не можешь жить ради себя, то живи ради других.

Эдвин вновь приложился к бутылке, сделал несколько больших глотков и громко выдохнул.

— Знаешь, Айзек, я бы, наверное, сказал, что это все чушь собачья... — он горько усмехнулся. — Но ты прав, что меня останавливает от того, чтобы побарахтаться ещё немного в этом мире? Может быть, даже если я не смогу найти вакцину, то у меня получится как-то блокировать вирус. Не факт, что получится, но меня ничто не останавливает, чтобы это попробовать.

— Это один из самых лучших тостов, что я слышал, — на моем лице появилась улыбка.

После того как мы приговорили бутылку вина, мы взяли еще две. Чувствую, что сегодня мы с ним неплохо напьемся. Через некоторое время к нам присоединился Ти-Дог, и я с радостью объявил ему, что в нашей группе пополнение. В итоге мы втроем сидели и пили вино.

— Слушай, Айзек, ты говорил, что нам понадобится хорошо укреплённое место для жизни, этот же комплекс просто охрененный!

— Ага, — буркнул Эдвин, — если не считать того, что через неделю он взлетит на воздух.

Мы тут же уставились на вирусолога. Он развёл руками и решил пояснить:

— А чего вы хотели, тут содержится множество опасных вирусов и болезней. Как только питание отрубится, все взлетит на воздух, не смотрите на меня так, не я писал этот протокол безопасности.

— Блин, — Теодор посмотрел на меня, — Айзек, может ты сможешь что-нибудь сделать?