― На сколько мы опережаем ладью? ― спросил я.

Барсук ненадолго задумался.

― Мы двигаемся напрямую, ― начал он. — Значит, опережаем их на два дня. К порогам выйдем завтра. Думаешь — получится?

Первый раз Барсук задал мне этот вопрос. Он молчал, когда мы разрабатывали план. Молчал, когда отправлялись в дорогу. Молчал на протяжении всего пути. И вот, когда цель уже близко, не сдержался.

― Наша цель ― пороги, ― начал говорить я. ― Если нам и удастся каким-то образом вызволить Ласку, так только там. Дружинники, навозившись с ладьей, обязательно выбьются из сил. Будет привал. Ночью я проберусь на корабль и выкраду твою сестру.

Либо погибну, пытаясь это сделать… Но вслух я этого не сказал.

― Ты говорил они все измененные.

― Да, ― ответил я. ― К тому же воины, умеющие сражаться в строю.

Барсук нахмурился.

― Среди них наверняка есть меткие лучники и искусные мечники, продолжил я. ― Многие из них видят в темноте. Обладают острым слухом. Может так случиться, что нас они почуют раньше, чем мы что-то успеем сделать.

Барсук совсем посмурнел.

― Хочу задать тебе вопрос, ― обратился я к нему.

Он поднял голову.

― Зная обо всем услышанном, ты бы изменил свое решение? Остался бы дома? Продолжил бы спокойно жить, зная, что твоя сестра проведет всю свою жизнь в неволе?

На лице Барсука заиграли желваки. Руки сжались в кулаки.

― Вижу, что нет, ― глядя прямо в его глаза, сказал я и добавил: ― Ты бы ни за что не бросил свою сестру. А раз так, то и нечего думать о том, что тебе и так не поможет. Скажу больше, когда начнется бой ― думать вообще противопоказано.

Барсук хотел было что-то ответить, но я остановил его, подняв руку в предупреждающем жесте. На немой вопрос товарища я еле слышно ответил:

― В нашу сторону кто-то движется.

Прикрыв глаза, я прислушался. Затем, отойдя подальше от костра, принюхался.

― Люди и лошади, ― сообщил я. ― Сколько, не разобрать. Но много. Готовь оружие. Туши костер. Я на разведку.

Огни костров неспешно разбивающегося лагеря «гостей» я увидел издалека. Неизвестные решили расположиться на опушке. Благодаря «мародеру», мне удалось подобраться к лагерю довольно близко и все тщательно рассмотреть.

Уже спустя несколько минут, я сидел рядом с Барсуком и все ему подробно рассказывал.

― Насчитал семьдесят два человека. Пять повозок. Три десятка конных. Остальные — кто пешком, кто на повозках.

― Кочевники? ― приглушенно спросил Барсук.

― Не думаю. Одни мужчины. Ни женщин, ни детей. Очень похоже на военный поход.

― Почти сотня бойцов⁈ ― удивился мой товарищ. — Это целая армия получается.

Я скривился. Так как мы сидели в темноте, Барсук моего выражения лица не видел.