— По какому поводу? — спросил я.
— По поводу дня рождения. Тебе исполняется 20 лет а отпраздновать не с кем. — произнёс Епифан.
— Принял. — кивнул я, вечеринка действительно была хорошей идеей.
— Попьёте пива, все расслабитесь. Может, девушек позовёте. — мечтательно произнёс майор КГБ и, судя по всему, как и его протеже из стиха — прекрасный семьянин. — Старайся говорить конкретно о вещах, не связанных с работой и со своей легендой, помни, легенда — это жизнь, полная боли, а работа секретная. Но найди момент и забрось им крючки, чтобы они заинтересовались твоими вихревыми охладителями. И помни: ты должен плавно вести диалог. Чувствуешь, что заходишь на минное поле — мягко, но неуклонно смени тему. Зацепись за их же слово, отведи в сторону. Создавай иллюзию доверительной беседы, однако держи нити в своих руках.
Сегодняшний урок был обо всём и ни о чём одновременно, сегодня Епифан меня не перегружал, в какой-то момент он повесил паузу и после неё выдал: — И помни, ты ничего не теряешь, ты ничем не рискуешь, ты работаешь в полной безопасности.
На это я лишь кивнул.
Прощание было без прощания. Мы встали, и он пожал мне руку. За окном уже стоял ясный день. Время поджимало, надо было идти быстро есть по талону и брать билеты в Саратов, иначе не успею на тренировку к 19.00. И уже сегодня вечером скорее всего случится то, ради чего меня тут мучали всю эту неделю…
Глава 21 Ты не кобра — ты гидра!
Пообедав по талону, я вернулся в общежитие, бросил в сумку кэжуал-одежду — по сути, всё моё немудрёное имущество — и отправился на вокзал. В Балаково, к счастью, всё было рядом. Поезд должен добираться до Саратова за четыре часа, что меня вполне устраивало, правда по прибытии будет впритык: ведь в 19.00 тренировка, а опаздывать в зал, в который приходишь официально впервые, — дурной тон. И, отстояв небольшую очередь, я купил билет, а взглянув на время убытия и прибытия, понял, что мне очень повезло — словно запрыгнул в последний вагон. Отправление в 14.16, прибытие в 18.28, и тридцать две минутки, чтобы добраться до зала, переодеться, дежурно побеседовать с тренером.
Я стоял на перроне, вдыхая свежий воздух с осенними нотками и запахом просмолённых шпал. Ещё в прошлой жизни я жил у трамвайных путей, и специфический привкус того, чем обрабатывают древесину, чтобы класть её под рельсы, навсегда ассоциировался у меня с детством. Синий поезд с белыми продольными полосами медленно подползал, начав свой путь где-то тут на станции. Он хоть и видавший виды, выглядел ухоженной, а табличка «Балаково-Москва» блестела под солнцем этого дня. И, подав документы на входе, прошёл в вагон согласно цифрам на билете. Внутри меня встретило приятное тепло нагретого от солнечного света пространства. Ещё не было претензий, что надо открыть окна, ибо душно, или, наоборот, закрыть, потому что сквозит — это всё чуть позже. А пока люди ещё искали свои места и рассаживались, а из динамиков уже звучало объявление: «Осторожно, двери закрываются. Следующая остановка — Терса-Вольская».