— Арт, дай мне воды и оставь меч. Сами скачите, я задержу их, — хуррит приложился к бурдюку с водой, найденному в седельной сумке моей лошади. Выпив, Этаби повторил уже слегка окрепшим голосом:

— Я не смогу долго ехать верхом, но стоять на ногах получится. Или мы все умрём, или умру я один, выбирай, Арт!

— Не один, я останусь с тобой, Элса не должен умирать с нами!

Но меон отказался от такого предложения.

— Этаби, может, попробуем поехать дальше. Я заново перевязал твою рану, кровь больше не идёт, — мне пришлось пожертвовать половиной своей туники. Сложив лоскут ткани несколько раз, приложил его к ране. Вторым лоскутом, обвязал и даже закрутил получившийся жгут небольшой палкой. Нечто подобное есть в ИИП армии Израиля — принцип, создать компрессию и лишить рану притока крови. Этаби допил воду из бурдюка и согласился со мной:

— Ко мне возвращаются силы, поедем. Уже скоро мы попадём на земли хурре.

Через час остроглазый Элса заметил погоню по облаку пыли на севере.

— Они нашли наш след и скоро догонят, — самих всадников ещё не было видно, но пыль хорошо присмотревшись, я смог увидеть.

Это в фильмах, один конный отряд быстро догоняет другой. На самом деле, процесс далеко не быстрый. Даже когда преследователи скачут быстрее, расстояние сокращается медленно. Нельзя долго скакать галопом — лошади галопом могут пройти всего несколько километров, переходя потом на рысь. А скорость передвижения рысью, примерно у всех лошадей одинакова.

Тем не менее спустя час я уже видел всадников, казавшихся не больше воробья по размеру. Точнее это была тёмная масса, вздымавшая за собой пыль. Пыль, пусть и в гораздо меньшем размере, поднималась и за нами, давая ориентир преследователям.

— Скоро догонят, как он, — спросил Элса. Его лошадь, что везла двух людей, сильно отставала.

— Брось его, — я указал на связанного хетта. — Он их задержит на пару минут. — Идея с заложником потеряла смысл — на открытой местности, имея такое численное превосходство, никто не станет торговаться из-за жизни одного воина. Не для того хетты столько дней нас преследовали, чтобы отпустить в обмен на жизнь одного из своих. Изначально идея с пленником была глупой, я скорее боялся его оставить в семье, где мы уже принесли столько горя. Сброшенный хетт несколько раз перевернулся и застыл среди островков травы в облачке пыли.

— Арт, когда они начнут нас догонять, держись рядом с Этаби и не останавливайся, — шрам меона побагровел на солнце. Здесь было ощутимо теплее, я одним движением сбросил шкуру, давая ветру обдуть разгорячённое тело. Задница болела от этой скачки, не имея стремян, я не мог амортизировать, порой больно соприкасаясь с седлом при прыжках лошади.