Примет мужчин не помнит. Конь — жеребец гнедой масти. На розвальнях одна оглобля измазана красной краской.
В узле было: 5 кофточек (4 белые ситцевые и одна цветная), 6 юбок шерстяных; сахара 20 фунтов, чая — десять фунтов, сапоги женские яловые. Всего украдено на 23 рубля 30 копеек'.
Не бедная крестьянка! И перла на себя двадцать килограмм почти тридцать верст? Есть женщины в русских селеньях.
Леночки в окне нет, значит, идет урок.
— Учится ваша, еще десять минут подождите, — сообщил служитель. Посмотрев на меня, улыбнулся: — Барышня вас уже третий день караулит, все глаза проглядела, а вас все нет и нет.
Я только виновато повел плечами. Нет у нас единого расписания занятий. В Новгороде еще праздники, а в Череповецкой Мариинской гимназии уже учатся. Возможно, сократили зимние каникулы из-за того, что ушли на них раньше, из-за карантина. Любопытно, как оповестили гимназисток? Нет ведь ни телефонов, ни групп вконтакте.
— О, господин Чернавский, где же вы пропадаете? Елена уже вся извелась. Учителя жалуются на ее рассеянность, а преподаватель арифметики собирался двойку поставить.
А вот и классная наставница. Откуда ты вынырнула?
— Виктория Львовна, мое почтение, — приподнял я фуражку. Потом, словно оправдываясь, сказал: — Только вчера вернулся, но как вернулся…
— Чуть свет — уж на ногах! и я у ваших ног, — хмыкнула наставница гимназисток, процитировав Грибоедова. Потом строго сказала: — И не вздумайте прилюдно целовать Елену.
— Когда это я ее целовал? — возмутился я.
— Потому и говорю — не вздумайте. Не подавайте дурного примера гимназисткам, особенно младшим.
— Виктория Львовна, а что тут дурного? — подал голос служитель.
Наставница так глянула на старика, что тот мгновенно притих и сделал вид, что это не он сказал, а незримый дух.
— Виктория Львовна, — вспомнил вдруг я. — У меня в Новгороде был разговор с… одним из начальников нашей губернии об ученице вашей гимназии Татьяне Виноградовой.
— Вот как? — с удивлением воззрилась классная дама. Наверное, знает о размолвке прежних подруг.
— Господин вице-губернатор сказал, что если директор гимназии или попечительский совет — не знаю, в чьей это компетенции, подадут прошение на имя губернатора о стипендии для гимназистки, то его рассмотрят в самое ближайшее время. Еще прошение должен подать отец Татьяны.
Виктория Львовна от неожиданности чуть не потеряла пенсне. Потом отвела меня в сторону и вполголоса спросила:
— Вы хлопотали о Татьяне Виноградовой?
— Не то, чтобы хлопотал, — честно ответил я. — Если сын задает вопрос отцу — разве это хлопоты? Я спросил — батюшка мне ответил, вот и все.