Перебросив ногу через седло лёгким движением сильного и ловкого человека или зверя, рядом с мотоциклом, глядя на памятник Ленину, расправлял плечи высокий поджарый мужчина в остроносых сапогах, голенища которых скрывали прямые голубые джинсы. Поверх чёрной футболки с неразличимым отсюда принтом на широкой груди — жилетка из тёмной кожи. На спине которой — тиснёное изображение стилизованного дерева в круге, обрамлённом языками пламени. Чёрные с еле видимой проседью волосы ниже плеч прихвачены на лбу лентой сложенной банданы. Пальцы в вычурных серебряных перстнях. Лицо с угловатыми чертами, будто высеченное из гранита советским скульптором. Тёмные очки-авиаторы и зубочистка в углу рта.
Чёрный.
Второй ранг.
Ищейка.
* нульцевый — новый, без пробега.
Когда-то давно я смотрел кино или сериал. Названия и даже сюжета сейчас и не вспомню. Там был момент, когда в полицейском участке допрашивали мужика. Хрестоматийный американский коп в белой шляпе, коричневых штанах и со звездой на груди орал, брызгая, хотя, скорее даже поливая слюной, на прикованного к столу наручниками задержанного:
— Бар — в щепки! Сгорело две машины! Двенадцать парней на больничных койках! Док Хадсон говорит — по ним как каток проехал! Что ты скажешь в своё оправдание, парень⁈
— Я запаниковал, — речь сидевшего в браслетах была от паники несказанно далека, как и пристальный, чуть насмешливый взгляд слегка прищуренных серых глаз.
Так вот я запаниковал. Но как-то очень оригинально, как ни разу до этого.
Байкер осматривался. Посмотрел направо, в сторону соборов. Затем налево, откуда я направлялся в тот самый бар, возле которого он остановился. В эту сторону смотрел чуть дольше, поводя носом и раздувая ноздри, становясь на глазах меньше похожим на человека. А затем развернулся и пропал в дверях кабака. Потому что ничего и никого подозрительного на проспекте не увидел. Потому что меня там не было.
Ну, то есть был, разумеется — куда б я делся за полторы секунды с тротуара почти посреди площади? Но игры в «пущевика» с двумя инструкторами, по сравнению с которыми любой тренер спецназа ГРУ, пожалуй, смотрелся бы бойскаутом или пионером в шортиках, зря не прошли. Моя сфера-аура слилась с пейзажем, кажется, вовсе без моего участия, при первых признаках опасности. Поэтому ищейка и не увидел меня, стоявшего в ступоре метрах в двадцати прямо перед ним. А вот почему не учуял — надо было подумать. Но потом. Когда между нами будет расстояние побольше.
Из оцепенения меня вышиб парнишка, видом до удивления похожий на Шурика из комедий Гайдая: светлая голова, большие очки и полное отторжение от брена.