Пройдя пару кварталов, выбрался, видимо, в центр. По крайней мере, гипсовый Ленин именно тут стоял, тиская кепку в левой руке, как в очереди в кассу. Ко мне спиной, правда. Глядя на величественные купола и шпиль колокольни, будто размышляя о превратностях бытия и опиуме для народа. Площадь перед ним была совершенно пустой. По всей улице, носившей фамилию вождя, мне попалось от силы с десяток машин, припаркованных перед двухэтажными домами старой постройки, обшитыми доской и покрашенными в спокойные, неяркие цвета. Как и всё вокруг. Пара таких была облицована сайдингом, но, видимо, новомодный материал особо в городе не прижился — на фасадах я видел участки, где доски явно подновлялись, умело и тщательно подобранные по ширине. Глядя на них на ум шло слово «тёс», а уж никак не «вагонка», «блок-хаус» или прочая «имитация бруса». Что строения, что люди в них жили здесь явно так же мерно и обстоятельно, как сто, двести и триста лет назад. И в этом была их спокойная сила.
При гостинице с лаконичным именем «Каргополь» нашёлся уютный ресторанчик в полуподвале, где я от души поужинал. За какие-то вовсе несерьёзные деньги. И с собой попросил завернуть — уж больно мясо понравилось, и ватрушки местные, которые официантка называла забавным словом «шаньги». А ещё купил знаменитых здешних глиняных игрушек — их нашлась целая витрина. Мимо чёрного волка, двух седых старичков и приземистой странной формы ёлочки пройти я не смог, посчитав такую покупку одновременно и отличным подарком для Павлика, и добрым знаком. Особенно то, что ёлка оказалась свистулькой и выдавала переливчатые трели, стоило подуть в одну из нижних ветвей. Хотя, пожалуй, этот знак можно было бы и тревожным посчитать. Но я не стал.
На следующий день отведённые на дорогу восемь с копейками часов пролетели незаметно. Серый асфальт, зелёные ели вокруг, ярко-голубое небо. Несколько раздолбанных сверх всякой меры переездов, где искренне хотелось перенести Рафика через рельсы на ручках — так тяжко он вздыхал и хрустел, перебираясь через них. Населённые пункты, названия которых если чего и говорили, то только тем, кто владел местными наречиями. Я многие даже вслух прочитать не взялся бы. Еды, что я так удачно вчера взял в подвальном ресторане, хватило почти до самого конца маршрута. Завтрак, который предложили при выезде, оказался таким, что я сразу понял: этой Каргополочке с такими кулинарными навыками своего каргопольца ещё искать и искать. Так испортить обычную яичницу — это же уму непостижимо!
Новый старый город встречал не удивлявшими после предыдущего неторопливым северным спокойствием и привычной размеренностью. Тут никто никуда не спешил ещё заметнее, чем в Твери. Совсем. Прямо вот полностью.