— И вдруг за соседним столиком пожилой мужчина схватился за грудь и начал задыхаться. Все вокруг запаниковали. Кто-то закричал, кто-то достал телефон, чтобы снять. А я просто сделала то, чему меня учили. Подбежала, оценила состояние. Острый инфаркт миокарда. Я сделала ему массаж сердца, вызвала скорую. Спасла ему жизнь, короче говоря.

Мей сделала маленькую паузу, и я чуть склонил голову, показывая, что внимательно слушаю.

— А рядом с этим мужчиной сидел его внук. Акира Куросава. Он был воистину очарователен, — едко хмыкнула она. — Красивый, умный, с безупречными манерами. Он был благодарен мне за спасение деда и нашел меня на следующий день. Поблагодарил. А потом начал появляться снова и снова. «Случайно» сталкивался со мной в коридорах, «случайно» оказывался в том же кафе. Поняла я, правда, гораздо позже, что случайности эти были не случайны.

Что ж, мне тоже попадались пациенты, которые были уж слишком чувствительные и благородные, что даже через года все несли мне презенты за «спасение» их жизни или родственников. Конечно, это приятно, но все же иногда чересчур.

— Мы все же начали встречаться, — Мей улыбнулась, но улыбка эта была далеко не радостная. — И я узнала, кто он. Наследник «Akira Corporation». Гигантского конгломерата. И сначала все было идеально. Дорогие подарки, лучшие рестораны, светские приемы. Его матушка и семья даже не были против наших отношений, как это обычно бывает в дорамах или бульварным романах. Но потом…

Она замолчала, и ее лицо помрачнело.

— Потом Акира начал давить. Он хотел, чтобы я была только его. Чтобы я бросила медицину. Чтобы стала его женой, хозяйкой его дома, матерью его детей. Он не понимал. Не хотел понимать, что моя работа — это не просто работа. Это я. Это моя жизнь.

«Знакомая история», — с грустью подумал я.

— Я отказала ему. Сказала, что пока что мой единственный приоритет — это хирургия. Акира не смог этого принять, — Мей чуть покачала головой. — Его любовь превратилась в одержимость. Он по-настоящему начал преследовать меня, умолять вернуться, снова стать его девушкой. Мне пришлось уехать ненадолго в другой город, чтобы скрыться от него. Я думала, что он успокоился. Но я ошиблась.

На самом деле, это звучало страшно.

— Я вернулась в Токио, продолжила работать, стала заведующей. И вот авария, кома, а потом я увидела его на крыше, — прошептала Мей, но затем подняла на меня взгляд. А ее глазах горела отчаяние, смешанное с безумной усмешкой. — Я никогда не думала, что буду рада своему состоянию, но в тот момент я благодарила небеса, что я в коме.