Договорить не успеваю, потому что взгляд Гафара темнеет, а после он хватает меня за запястье и тащит куда-то в коридор.
– Что вы делаете, пустите!
– Пошла!
Не понимаю что происходит, а после Черная Борода затаскивает меня в какой-то кабинет. Его, судя по помпезности. Я падаю на пол, как только он меня отпускает, а после в меня летит толстый конверт. Не успеваю среагировать, он больно ударяется о мое плечо.
– Что это?
– Смотри. СМОТРЕТЬ, Я СКАЗАЛ!
Трясущимися руками открываю этот конверт чтобы первые же фотографии выпадают из руки.
Там красивая молодая девушка и она вся в крови. Ее щеки изрезаны ножом, груди тоже, живот, бедра. Длинные черные волосы смешаны с кровью, кожа синяя вся в гематомах и ударах.
– О боже, я не знала. Это не мог сделать мой дядя, он не мог!
– Мог! И сделал! А теперь ты будешь отдавать его долг.
Слезы капают на пол. Я не думала, не знала, что мой дядя мог такое сотворить. Мне всегда казалось, что он случайно убил ту девушку. Не знаю, сбил на машине ее или что-то в таком роде. Я даже подумать не могла, что он так по-зверски ее убил.
– Двенадцать ножевых, изнасилование, отбитые почки, сломанная челюсть и порезанная печень.
– Простите я… я не знала!
– Знаешь теперь. И будешь оплачивать! За каждую слезу моей сестры и матери, которая погибла от горя следом! Кровью смоешь грех своего рода!
Он бьет меня. Нет, не физически – словами.
Каждое слово как удар по спине, Гафар стоит напротив, я сижу на коленях и встать не могу. Вокруг эти фотографии разбросаны и я теперь окончательно понимаю, что мне конец.
Такое не прощают, не забывают, такое не рассасывается.
Это есть, дядя сбежал, а значит, я буду за него расплачиваться.
Меня ждет смерть. И она не будет быстрой, судя потому, как сильно Гафар меня ненавидит.
Я набираюсь смелости в последний момент:
– Здесь холодно. Разрешите взять одеяло!
Мой голос дрожит и сбивается, я прекрасно помню того человека, которого убили утром. По приказу Черной Бороды.
Его взгляд. Это просто надо видеть. Заточенные ножи и все направлены в меня.
– Ты не в том положении здесь чтобы просить! У тебя нет права на вещи, на голос и на жизнь!
Делает шаг ко мне, заставляя меня вжаться спиной в стену. Загоняет в ловушку, тут же попадаю в капкан.
Сайдулаев медленно наклоняется, ставя свою крепкую руку возле моего лица и я встречаюсь с его черными как ночь глазами.
Дыхание спирает, теряюсь. Куда смотреть? Куда же. На лицо страшно, борода его пугает, и взгляд жуткий как у пирата. Глаза блестящие, наверное, они у него светятся ночью в темноте.
Так Лейла, ну-ка, соберись! Сглатываю, смотрю на Сайдулаева, у него на шее вена пульсирует. И он него так пахнет. Почему-то нравится этот запах.