Дмитрий Палыч хучь поначалу-то заступался за меня, а сейчас я и думаю — зряшно! Супружницу егойную то ишшо больше распалило, ну и пересилила зверь-курица.
Слаб он, мастер-то. Кулаком стукнуть может, и не трусло, а зудёж комарихи своей каждодневный терпеть невмочно. Да и кто я ему? Так, прислужник, за десять рублёв купленный. Для супружницы притом купленный, по ея хотению. Ну и всё, смотрит теперь сквозь меня.
Покуда думки думал, ноги сами принесли к площади. Трубной, значица. Здеся не только и даже не только еду продают, как думал поначалу-то. Эти с краешку-то сидят, но я первые дни как пришибленный был, в городе-то, дальше и не видел да не ходил. Страшно! Народищу-то сколько!
Зверями всякими торгуют. Птицой всякой, даже и бесполезной, собаками, кошками. Весело!
Конка ишшо есть. Вот, подъехала!
— Впрягають!
И то правда — конка, похожая на дырявый, но красивенный сарай, влекомый двумя лошадёнками, подъехала к Рождественской горке. Мальчишки-форейторы [3] , важнющие такие, прицепили к конке свою четвёрку и с гиканьем втащили вагончик-сарайчик в гору и там снова распрягли.
Поглазев немного, потолкался меж людёв. Меня уж многие знают, без опаски относятся. Бывалоча, что и копеечку заработать дадут. Жить можно! Только вот ночевать негде по зиме-то.
Тёплышко придёт, ей-ей сбегу! Хучь в разбойники! Всё лучше, чем ноги хозяйке мыть.
[1] Желающие могут читать Ветхий Завет, «страшилок» такого рода там предостаточно.
[2] Три копейки.
[3] Форейтор — человек, сидящий, при езде четверкою или шестеркой, верхом на передней лошади и управляющий передней парой.
Девятая глава
Толкаемся в толпе, не отрываясь покудова друг от дружки, да на людёв смотрим и себя показываем. По малолетству и безденежью больше-то мы здеся и не можем ничего, только что поглазеть.
— Гля! — Заорал под ухом Дрын восторженно, — Солдатенков на санях сидит! Ей-ей он, чтоб мне провалиться! Да никак с Иркой Соболевой⁈ Она ж ево отшивала, а тут гля, в санях!
— Однова живём! — Заорал Солдатенков с лепо украшенных саней, надсаживая глотку. Морда краснющая от мороза и вина, сам доволён и щаслив. Как же, перед обчеством показался, да с такой девахою! Не нищий, стал быть, мущщина, да и намеренья самые сурьёзные. В сани коль девка села, то всё — сватов ждать. Ну а как иначе-то? Не гулящая ж она!
— Эхма! — Выдохнул жарко Пономарёнок, — Нам бы хоть в складчину разок прокатиться-то!
Завздыхали… В складчину даже, то рази что у всей нашей кумпании столько денег-то найдётся, так все и не поместимся-то! Почти полторы дюжины нас в кумпании, ни одни сани таку толпу не вместят, конку рази что нанимать!