— Можно, но опасливо…
— Чево, малой? — Спросила меня какая-то баба, закутанная в несколько платков, жующая с такой же закутанной товаркой сайки с изюмом.
— А? Так, мысли вслух.
— Молча мысли, неча людей путать!
На Хитровке Пономарёнка знают, как моего дружка. Могут и тово, наведаться, если заподозрят. Значит… тьфу ты! К учителкам идти, как ни крути! Тягостно как-то с ними общаться наново будет, но а куда? Про них ни хитрованцы, ни бутовские, ни дачники — никто не знает!
Съел вот, но не наелся ещё. Оголодал после плясок ночных, и вот высматриваю, как шакал голодный, што бы ещё взять?
А, нет! К учителкам если, да с таким делом, то и за стол усадить могут! Так што взял сладких пирожков с изюмом, творогом и вареньем, да побольше! Небось от сладкого-то не откажутся, будь даже хоть сто раз мадамы!
— Егорка? — Удивилася учительша, открыв дверь, — Да-да, Кузьма, ждали! Всё в порядке.
Дворник козырнул и тяжело затопал вниз.
— Проходи, Егор, — Засуетилась Юлия Алексеевна, — Стёпушка! Смотри, кто к нам пришёл!
Из спаленки выплыла Степанида Фёдоровная, теплая и немного ещё сонная, одетая по-домашнему.
— Здравствуй, Егорушка! — Искренне улыбнулась она, — Раздевайся.
— Ага, — Я скинул шубейку и вспомнил про пирожки, — Ето к завтраку!
— Спасибо! Очень кстати, мы ещё не завтракали, — Юлия Алексеевна, не чинясь, взяла увесистый бумажный свёрток и унесла на кухню, — сейчас самовар поставлю!
Сели по-господски, за столом с белой льняной скатёркой, накрахмаленной до хруста. Ну да я не плошаю — не горбюсь, нос за столом не прочищаю и сижу с прямой спиной, не хлюпая чаем и не чавкая. Соседи мои по флигелю мал-мала подучили.
— Филипповские, — Юлия Алексеевна довольно зажмурилась, прикусив пирожок, — давненько мы туда не заходили!
— Мы можем тебе чем-либо помочь? — Без обиняков спросила Степанида Фёдоровна, на што Юлия Алексеевна обожгла подругу взглядом.
— Помочь? — Чинно делаю глоток самонастоящего чай, не спитово! — Можете.
Лицо Степаниды стало таким, што… ну вот не знаю! Показалось на миг, што ето не взрослая и уже не шибко молодая женщина, а девчонка, которая покажет сейчас язык подружке! Выиграла спор дурацкий, и щаз как задразница!
— Деньги у меня лишние образовались, — Говорю, как и не заметил, и от сайки кусаю. Степанида чуть чаем не поперхнулась и глаза такие стали большие, што в голову стукнуло «Какающий котёнок». Вот ей-ей, мало што не стебельках!
— Егор, я надеюсь… — Строго начала Юлия Алексеевна.
— Не криминал, — И глоточек чаю.
— Ты всё-таки решил согласиться на наше предложение? — А в голосе такое што-то, што вот прям не знаю, как и назвать.