Его лицо пошло красными пятнами, на лбу выступила испарина.
— Грэмми, никто твою сестру не бил. Она была под домашним арестом в своей комнате за то, что толкнула тебя с качелей, — сурово выдавил из себя хозяин дома заведомую ложь.
Тут суетливо подключилась к разрешению нелицеприятной ситуации мать Поли, приглашая гостей в обеденный зал, отведать приготовленное для них угощение.
— Наша маленькая Поли всегда была очень болезненной девочкой, и мы уделяли ей слишком много родительского внимания и чрезмерно заботились о ней, — доверительным тоном делился отец с соседями по столу, — теперь она ревнует к младшему брату и иногда поступает очень некрасиво. Мы с болью в сердце вынуждены ее наказывать.
И окружающие понимающе кивали, многие сами были, не понаслышке, знакомы с детской ревностью между младшими и старшими детьми.
Поли сидела ни жива, ни мертва. Она гадала, чем выльется ей забота младшенького.
Тем же вечером, когда все гости разъехались по домам, родители решали ее судьбу.
— Я простил тебе тот случай, Матильда! Но видеть эту твою приблудную девчонку в своем доме больше не могу и не хочу. Сегодня едва не опозорился из-за нее перед соседями! Кроме того, мне не нравится, что Грэмми привязывается к ней. Их нужно срочно разлучить, — нервно меряя супружескую спальню широкими шагами, говорил мужчина.
— Может, отправим ее в пансион для благородных девиц, где учится наша Энни? — робко предложила мать Поли.
— Еще чего не хватало! Побочной девке не место рядом с нашей дочерью! Но мысль хорошая…
Мужчина крепко задумался и некоторое время продолжал расхаживать молча, как маятник размерено двигаясь из угла в угол комнаты. Матильда затихла у зеркала, опасаясь помешать мужу и вызвать его недовольство.
Наконец, он остановился и, глядя в глаза жены, вынес решение:
— Я отправлю ее в исправительный пансион для девочек. Там, кстати, каникул совсем нет. Пять лет абсолютно закрытого режима и полная гарантия послушной и тихой дочери при выпуске. Правда, говорят, там жесткие методы воспитания, поэтому соседям объясним такое наше решение ее плохим отношением к брату. Можно даже намекнуть, что она хотела его убить… Правда, там принимают только с тринадцати лет, но, думаю решу этот вопрос, припишем ей годок. Я секретаря в мэрии хорошо знаю, документы подправим. Да, Матильда, можешь собирать девчонку к отъезду сразу после того, как Энни вернется в свой пансион.
Провожать Полю в пансион торжественно вывели всех слуг поместья. Стояли возле экипажа и мать с Грэмми.
Женщина нарочито обняла девочку и пафосно произнесла: