— А еще рынок Шан будет закрыт для товаров Миттанни, и наоборот. Что вы купите у варваров? Коровий навоз? Что варвары будут покупать у вас? Золотые бороны?
Вот это уже серьезно. Не могу сказать, что товары Шан так уж для нас важны, в основном это голимая роскошь, ничего стратегически важного, но через них идет к нам поток чужеземных товаров, а вот они бывают интересны. Кроме того, торговля приносит деньги, а деньги — это войска, влияние, контроль, ну и дальнейшее воспроизведение денег. Проплывать мимо Шан мы пока не можем — каждую ночь корабли вытаскивают на берег, иначе высока вероятность утопления. А также, земли Пак — удобный плацдарм для наших исследователей, мы рисуем карты побережья и направили экспедиции вглубь континента, высаживая их с кораблей. Думаю рано или поздно мы вступим в контакт с другими цивилизациями, с и Бессмертными, и тогда дело пойдет повеселее — обмен технологиями, наука, прогресс, все это вот….
— Ладно, убедили. Вы можете оставаться в Суфенге, и даже делать вид, что вы его правитель, пока мы оба понимаем, как дела обстоят на самом деле. Я подумаю, как решить вашу проблему с варварами… но ничего не обещаю.
Конечно, я не уверен, что хочу так уж помочь ей вернуть трон, уплывший из-под задницы. Но Шан богатая страна, и если мы ее отвоюем, то сможем поставить под свой контроль в том или ином виде. А варваров наши войска разобьют. Смогли же мы одолеть канаков, с которыми ляо ничего не могли сделать!
С такими мыслями я возвращался в Митту.
Прибыв в столицу, я сразу же собрал стратегов. Война в Шан обещала быть крайне непростой, и, прежде всего из-за сложностей с набором войск.
Ополчение городов практически перестало собираться. Стоимость оснащения воинов выросла — в фаланге нужен был очень хороший и дорогостоящий шлем, большой и не менее дорогой щит, поножи хотя бы на одну ногу, наруч на правую руку, панцирь, причем — металлический, а не пеньковый, и не бамбуковый, как раньше. Копейщику помогало не менее 2-х рабов — они несли его снаряжение и продукты. Все это было очень дорого! А количество поселян, проходящих необходимый имущественный ценз, почему-то резко сократилось.
Огромное количество свободных общинников оказалось в долгах. Демархи, купцы, ростовщики, банкиры — скупали земли, давали поселянам ссуды в долг под высокий процент — и те разорялись. Постепенно земля оказывалась в руках узкого круга демархов и дельцов.
В итоге города не могли выставить нужного количества морионов. То ополчение что все-таки собиралось, было плохо оснащено и мотивировано.