Ну и, наконец, это плохо для бизнеса. Я тут пытаюсь наладить торговые связи для продажи предметов роскоши с сумасшедшей прибыльностью, чтобы оплачивать и философов, и солдат, и еще кучу всяких причуд, а этот бритый хрен заявляет, что роскошь не нужна. Да он мне всю малину поломает!
— Пусть горожане сами решают, что дозволено, а что нет. Вы избираете авуров каждый год. Изберете нового, он примет новые законы. Я не буду решать, какие сандалии вам носить, и не обращайтесь больше с такими исками!
Бритоголовый авур выслушал меня спокойно, полузакрыв глаза. Он уже знал, что проиграет этот суд.
Знал бы я, к каким последствиям приведет мое решение…
* Фиено — фасоль, керкеро — горох.
Ход 44
Прошло 622 года.
И вот я снова выхожу из стасиса по тревоге. И снова война. Когда это закончится?
В прошлый раз Совет проголосовал за военную экспедицию на восток. Вскоре после этого отряд ветеранов примерно в 1200 голов был отправлен вниз по течению Реоны на города Гезар и Аквилею, добиваться справедливости. В качестве вознаграждения за этот поход ветераны могли взять свое вдвое против ранее им обещанного.
После короткого и яростного штурма Гезер был взят и здорово разграблен. Горожане Аквилены, увидев это, хорошо подготовились к осаде и больше года отражали все атаки ветеранов. Кончилось это совсем плохо для них — после взятия города он был полностью разрушен. А жители — между прочим, граждане Союза — были проданы в рабство!
Вот этого уже не стерпели очень многие в Миттании.
Сожжение Аквилена вызвало очень неблагоприятные толки в Корхинхине — именно из него пришли переселенцы, основавшие когда-то этот город. Начались волнения, вплоть до требования выхода из Союза. Морионы Корхинхина покинули общий лагерь Союзной армии, где проходили тренировку, и двинулись против ветеранов, желая уничтожить их и освободить своих единоплеменников, которых тащили на невольничий рынок Митты.
Больше двадцати городов отказались посылать суффектов в Совет Союза в Митте. Они собрали своих представителей в Корхинхине и объявили о создании нового Союза — Исаварской лиги.
Разумеется, началась война.
Сначала раскол Союза не выглядел очень уж опасным. Все считали что я, выйдя из стасиса, смогу быстро призвать мятежников к порядку, пообещав им кары Небесных богов.
Но затем случилось то, чего я никак не ожидал, а следовало бы.
В Корхинхине появился чувак по имени Гадешь, и этот Гадешь нагадешил по полной программе. Он объявил себя пророком Небесных богов! Именно так — он не выдавал себя за меня, нет, он нагло заявил что истинный пророк– это именно он!